Книга Развод. Когда рушится мир, страница 41 – Алла Нестерова

— Эта женщина разрушила мою семью, — голос Юлии дрожал. — Она устроилась в компанию моего мужа, окружила его вниманием, убедила, что я скучная. Через три месяца он подал на развод, а потом она его бросила, назвав старым и скучным.

— Возражаю! Это не относится к делу! — вскочил адвокат Кирилла.

— Относится, — твёрдо сказала судья. — Суд должен знать, в какую среду попадут дети.

Две другие свидетельницы подтвердили похожие истории. Анна бледнела, а Кирилл смотрел на неё с нарастающим раздражением.

Затем вызвали Николая. Его спокойная уверенность внушала доверие.

— Я руководитель дизайн-студии, где работает Светлана, — начал он. — За два месяца она проявила себя как талантливый дизайнер и ответственный сотрудник. Её первый проект принёс прибыль, и зарплата будет расти.

— Что скажете о ней как о матери? — спросила Марина Сергеевна.

— Она замечательная мать. Я видел, как она переживает за детей, как ставит их интересы на первое место, даже в трудные моменты.

Адвокат Кирилла попытался надавить:

— Какие у вас отношения с ответчицей? Личная заинтересованность?

Николай посмотрел на меня и ответил:

— Да, я люблю Светлану и готов поддерживать её и её детей. Но моя цель здесь — помочь отстоять их права. Мои чувства — это отдельно.

В зале наступила тишина. Я замерла, сердце бешено колотилось. Кирилл побагровел, Анна что-то зашептала ему, но он отмахнулся.

Марина Сергеевна достала флешку.

— Уважаемый суд, прошу приобщить видеозапись из бара, где неизвестный подсыпал что-то в напиток моей клиентки. Мы считаем, это была попытка её скомпрометировать.

Пока смотрели запись, Кирилл мрачнел. Его адвокат пытался что-то возразить, но безуспешно.

— И последнее, — Марина Сергеевна обратилась к представительнице опеки. — Изменилось бы ваше заключение, если бы вы знали, что будущая мачеха детей профессионально разрушает семьи ради денег?

— Мы должны пересмотреть заключение с учётом новых обстоятельств, — ответила старшая сотрудница опеки. — Психологическая обстановка для детей очень важна.

— Уважаемы суд, прошу выслушать мнение детей, — сказала Марина Сергеевна.

Первым вызвали Максима. Он храбро шагнул вперёд, но я видела, как дрожат его руки.

— Максим, с кем ты хочешь жить с мамой или папой? — мягко спросила судья.

— С мамой, — твёрдо ответил он. — Она всегда рядом, помогает с уроками, утешает. Папа изменился, а та тётя фальшивая. Её глаза злые, и она плохо смотрит на маму.

Маша повторила почти то же:

— Папа нас любит, но он занят. Тётя Аня притворяется, что мы ей интересны, но это неправда. Мы хотим жить с мамой, а к папе приезжать в гости. Без неё.

Судья удалилась для вынесения определения. Эти двадцать минут тянулись бесконечно. Я держала детей за руки, чувствуя их дрожь. Николай сидел позади, и его присутствие странно успокаивало.

Наконец судья вернулась:

— Заслушав стороны и учитывая мнение детей, суд вынес определение: брак между Казанцевым Кириллом Алексеевичем и Казанцевой Светланой Игоревной расторгнуть. Место жительства детей, Казанцевой Марии и Казанцева Максима, определить с матерью. Отцу предоставить право встреч по выходным с учётом мнения детей. Взыскать с Казанцева алименты в размере 33 % от всех доходов, трёхкомнатную квартиру разделить в равных долях.