Книга Развод. Когда рушится мир, страница 32 – Алла Нестерова

— Конечно! Мы уедем сразу же. Спасибо, Светлана. Лиза будет счастлива.

В субботу утром Николай заехал за мной. Его дочь оказалась миниатюрной брюнеткой с огромными карими глазами и застенчивой улыбкой. В руках она сжимала потрёпанный томик «Хоббита».

— Здравствуйте, — прошептала она. — Папа сказал, ваша дочь тоже любит Толкиена?

— Да, Маша большая поклонница. Уверена, вы найдёте общий язык.

Всю дорогу Лиза расспрашивала о Маше — какие книги любит, в какие игры играет. Николай вёл машину и изредка поглядывал на нас в зеркало заднего вида, улыбаясь.

На даче нас встретила мама. Увидев Николая, она вопросительно подняла брови, но я покачала головой — потом объясню.

— Маша! Максим! — позвала я.

Дети выбежали из дома и бросились ко мне. Обнимая их, я почувствовала, как напряжение последних дней отпускает.

— Познакомьтесь, это Лиза. Она тоже обожает книги про Средиземье.

Маша сразу оживилась.

— Правда? А какая часть больше нравится? А фильмы смотрела?

Через пять минут девочки уже щебетали без умолку, а Максим показывал Николаю свою коллекцию жуков. Мама подошла ко мне.

— Кто это? — шепнула она.

— Мой начальник. И друг. Просто друг, мам.

Она скептически хмыкнула, но промолчала.

День прошёл удивительно спокойно. Дети играли, мы с мамой и Николаем пили чай на веранде. Он рассказывал о своём детстве, о том, как сам зачитывался Толкиеном. Было так… нормально. Словно не было развода, судов, угроз.

К вечеру, когда мы собирались уезжать, Маша подбежала ко мне.

— Мам, Лиза такая классная! Мы можем ещё встретиться?

— Конечно, солнышко.

— А дядя Коля смешной. Он рассказывал про архитектуру, оказывается, это так интересно!

Уже в машине, когда уставшая Лиза задремала, Николай тихо сказал:

— Спасибо. Давно не видел дочь такой счастливой.

— Это вам спасибо. Дети отвлеклись от… от всего.

— Светлана, можно личный вопрос?

Я напряглась, но кивнула.

— Ваш бывший… он адекватный человек? Просто Лиза рассказала, что Маша упомянула — папа приезжал с какой-то тётей, и это было неприятно.

Я вздохнула.

— Кирилл… сложный человек. Особенно сейчас.

— Если нужна помощь…

— Вы и так помогаете. Больше, чем можете представить.

В воскресенье вечером, когда я вернулась домой, позвонил Кирилл, с яростью в голосе он сказал:

— Какого чёрта ты водишь к нашим детям посторонних мужиков?!

— Кирилл, это мой начальник, он приехал с дочерью…

— Мне плевать, кто он! Максим сказал, что вы весь день провели вместе! Ты решила найти детям нового папашу?

— Не смей! Это ты приволок к ним свою пассию через неделю после нашего расставания!

— Анна — моя невеста!

— А Николай — мой друг. И его дочь подружилась с Машей. Детям было хорошо.

— Детям? Или тебе? Решила показать, что тоже можешь найти замену?

— Я никого не ищу, Кирилл. В отличие от тебя, я думаю о детях.

— Вот и думай! А если я расскажу суду, что ты таскаешь к детям первых встречных?

— Попробуй. Заодно расскажешь, как сам приехал с Анной, довёл Машу до слёз.

— Это другое!

— Да, другое. Потому что дети прекрасно провели время с Лизой, а от твоей Анны плакали.

Он бросил трубку. Я устало опустилась на диван. Ещё один козырь в его колоде — теперь он будет говорить, что я вожу к детям мужчин. Но почему-то страха не было. Только усталость и решимость. Пусть говорит что хочет. Правда на моей стороне.