Книга Развод. Когда рушится мир, страница 2 – Алла Нестерова

— А почему ты держалась за стол? И глаза закрыла? — Максим, мой маленький следователь, смотрел с подозрением, его глаза блестели от слёз.

— Просто устала немножко, — я выдавила улыбку, но она вышла кривой, почти болезненной. — Давайте быстро завтракать, а то в школу опоздаете. Последний день же!

Упоминание школы отвлекло их. Дети побежали на кухню, а я медленно поднялась, держась за стену. В голове крутилась фраза Лиды: «Заявление на развод. Истец — Кирилл Алексеевич Казанцев». Ошибка? Однофамилец? Лида права — в нашем маленьком городке это маловероятно. Но я, не получала исковое заявление от Кирилла, он обязан был направить его мне. Может оно придёт со дня на день, зная, как работает наша почта, я не удивлюсь, если получу его перед самым заседанием.

Я механически накрывала на стол, руки дрожали, и я чуть не уронила тарелку с геркулесом.

— Мам, можно сегодня не геркулес? — жалобно протянул Максим. — Ну, последний день же!

Я посмотрела на их умоляющие лица, и вдруг в голове мелькнула мысль: какая теперь разница? Если Кирилл уходит, если наша семья рушится, то что значат эти полезные завтраки?

— Хорошо. Сегодня будут блинчики, — тихо сказала я.

— Ура! — дети запрыгали от радости, а я отвернулась к плите, чтобы скрыть слёзы, которые уже катились по щекам.

Замешивая тесто, я пыталась вспомнить: были ли какие-то признаки? Вчера Кирилл вернулся с работы, как обычно. Поужинал, помог Максиму с математикой, обнял меня перед сном, пока мы смотрели сериал. Всё было так привычно, так… нормально. Как он мог, подав заявление на развод, вести себя так, будто ничего не изменилось?

Стоп. Лида сказала, что была в суде вчера. Вчера днём. Значит, пока я готовила ужин, пока мы смеялись над сериалом, он уже знал? Я схватила телефон и набрала Лиду.

— Свет, ты как? Я так переживаю! — она ответила с первого гудка.

— Лид, ты обратила внимания, на дату заявления?

— Вроде недельной давности, точную дату не помню. Я не знала, как у тебя спросить, почему вы решили развестись, вопрос щекотливый, личный. Всю ночь не спала, думала, не моё дело, даже немного обиделась на тебя. Но утром решила позвонить…

Мой муж подал на развод, как минимум неделю назад, а вечером спокойно ужинал с нами, помогал сыну с уроками, обнимал меня. Как он мог? Гнев и боль смешались в груди, мешая дышать.

— Свет? Ты там? Может, мне приехать?

— Нет, — я с трудом взяла себя в руки. — Мне нужно детей в школу отвезти. Потом… потом подумаю, что делать. Спасибо, что сказала.

— Светка, может, это ошибка? Поговори с Кириллом!

— Обязательно поговорю, — ответила я мрачно и отключилась.

Блинчики подгорели. Дети морщились, но ели — видимо, моё состояние пугало их больше, чем горелый завтрак.

— Мам, а папа когда приедет? Он обещал перед дачей сводить нас в зоопарк, — спросила Маша, глядя на меня с надеждой.

Зоопарк. Ещё одно обещание, которое он, вероятно, не сдержит.

— Вряд ли папа успеет солнышко. У папы много работы, — ответила я, стараясь не выдать дрожь в голосе.

Отвозя детей в школу, я действовала на автопилоте. Улыбалась учительнице, желала всем хороших каникул, обнимала Машу и Максима на прощание. Но в голове билась одна мысль: что теперь? Как жить дальше, если всё, во что я верила, оказалось ложью?