Книга Сенсационные ограбления и кражи, страница 63 – Алла Нестерова

По прошествии какого-то времени Грейс по просьбе старейшин клана вышла замуж. Ее супругом стал Доннел Икотлин, знаменитый пират и наемник, известный своей беспринципностью и жестокостью. Он также был главой клана О’Флагерти. Увы, в 1553 году в драке при взятии купеческого корабля он погиб, оставив своей молодой жене сильную армию, флот и управление кланом.

С этого момента таланты Грейс раскрылись в полной мере. Под своим началом она имела флот, способный поспорить с правительственным. Было время, когда она командовала более чем тридцатью галерами. Никто не осмеливался проявить непокорность по отношению к грозной разбойнице, предпочитая не иметь дела с пиратами. Прибрежные города исправно платили подати, признавая абсолютную власть клана, а в водах, контролируемых Грейс, не пропускался ни один торговый корабль без того, чтобы не подвергнуться грабежу.

В результате такого произвола владельцы судов были вынуждены просить помощи у правительства, будучи не в силах больше терпеть постоянные грабежи.

В результате мер, предпринятых властями, в районе ирландского побережья судоходство стало охраняться более усиленно, и тогда гордой и непокорной О’Мейл пришлось принять далеко не самое приятное решение — пойти на поклон к королеве Англии Елизавете из династии Тюдоров.

В 1576 году в устье Темзы появились три огромные галеры, и на борту одной из них находилась Грейс О’Мейл собственной персоной.

На прием Грейс явилась в странного вида одеянии: вокруг ее тела был намотан желтый холст, на талии подвязанный длинной лентой из черной парусины, а на ногах были надеты сапоги, как у самого последнего матроса. Манеры королевы пиратов также оставляли желать лучшего, вероятно, Грейс решила выразить некоторое пренебрежение высшему обществу, и ей это удалось. Обе женщины стояли рядом, являя полный контраст друг другу: в роскошном наряде, исполненная сознания собственного достоинства, утонченная королева Елизавета и Грейс О’Мейл — грубая и разнузданная разбойница, не имевшая ни малейшего понятия о правилах этикета. Может быть, ее поведение служило своего рода прикрытием собственной невоспитанности, поскольку во всех ее действиях звучал вызов: «Да, я такая, и не скрываю этого — смотрите на меня, если хотите».

Елизавета I

О’Мейл решительно, с гордо поднятой головой подошла к Елизавете и в ответ на протянутую той руку вместо поцелуя попросту потрясла ее быстро и энергично. Грейс держалась так, словно это она была королевой (впрочем, она таковой и была — королевой пиратов). Она с невозмутимым видом, вовсе не собираясь спрашивать позволения, села и достала табакерку; понюхав крепкого табака, она долго и громко чихала. Королеву Елизавету словно забавляло все происходящее. Казалось, будто она просто наблюдала за знаменитой разбойницей с высоты своего величия, ничуть не возмутившись столь неподобающими выходками гостьи. Елизавета даже милостиво подала ей собственный носовой платок. Нимало не смущаясь, Грейс оглушительно высморкалась и выбросила платок, не забыв при этом поблагодарить за подарок. Придворные, шокированные столь дерзкой выходкой, в ужасе застыли, ожидая, что за этим последует всплеск ярости королевы. Но Елизавета Тюдор лишь улыбалась, ничем не выказывая своего гнева. Мало того, она одарила Грейс землями в Ирландии и отпустила с миром, проявив истинно королевское величие.