Книга (Без) Права на ошибку, страница 57 – Алла Нестерова

Утро началось с аромата свежесваренного кофе, дразнящего ноздри и напоминающего, что он мне теперь под запретом. Катя, напевая старую мелодию, гремела посудой на кухне, создавая иллюзию спокойного зимнего утра. За окном искрился снег, отражая редкие лучи солнца, пробивавшиеся сквозь серые московские облака. Я потянулась, ощущая лёгкую тошноту — новый утренний ритуал, подарок беременности.

— Доброе утро, будущая мамочка! — Катя влетела в комнату с подносом, на котором дымилась кружка травяного чая. — Кофе тебе нельзя, так что держи ромашку с мятой. Как спала?

Я натянула тёплый свитер, подавляя зевок.

— Нормально, — соврала я, хотя ночью, мысли о звонке Марины не давали покоя. — Спасибо, что осталась.

— Да брось, — Катя махнула рукой, ставя передо мной тарелку с яичницей и тостами. — Ешь, а то знаю я тебя — весь день на йогуртах просидишь. Беременным нужно нормально питаться, Ника.

Я послушно взялась за вилку, чувствуя, как её забота согревает лучше любого одеяла. Катя всегда умела создавать ощущение нормальности, даже когда моя жизнь напоминала сценарий плохой драмы. Мы завтракали в тишине, прерываемой её лёгкими шутками о погоде и планах на день.

— Ты какая-то задумчивая, — заметила Катя, прищурившись. — Всё из-за этой змеи, да? Не бери в голову её угрозы. Она просто бесится, что осталась с носом.

— Стараюсь, — ответила я, отпивая чай. — Но её голос… как будто яд в уши заливает.

Катя нахмурилась, сжав кружку пальцами.

— Ника, она никто. Пустое место. Пусть тявкает, сколько хочет. Ты сильнее.

Я улыбнулась, тронутая её поддержкой. Катя была права — я не позволю Марине залезть мне в голову. Не сейчас, когда я несу ответственность не только за себя.

— Ладно, мне пора, — Катя встала, собирая посуду. — Но вечером я вернусь, приготовлю что-нибудь вкусное. Без возражений! Держи телефон рядом, если что — сразу звони.

— Договорились, — ответила я, провожая её до двери.

Когда Катя ушла, квартира погрузилась в тишину. Я положила руку на живот, чувствуя лёгкое тепло. Этот ребёнок, ещё такой маленький, был моим якорем. Ради него я должна быть сильной. Ради него я не отступлю.

В больнице день прошёл в привычном ритме. Маленькие пациенты, тревожные родители, бесконечные истории болезней — всё это было моим убежищем. Работа помогала отвлечься от личных драм, переключиться на что-то важное. Шестилетняя Аня, моя постоянная пациентка с астмой, сегодня была в приподнятом настроении. Она влетела в кабинет, размахивая листом бумаги.

— Вероника Андреевна, это вам! — с гордостью протянула она рисунок: яркий котёнок с огромными зелёными глазами, нарисованный цветными карандашами.

— Аня, это просто шедевр! — я улыбнулась, прикрепляя рисунок к доске в кабинете. — Спасибо, солнышко.

Она просияла, а её мама благодарно кивнула. Такие моменты напоминали, почему я выбрала педиатрию. Здесь, среди детских улыбок и их искренности, я чувствовала себя на своём месте.

Во время обеда, в больничном кафе, ко мне подсела Светлана, терапевт из соседнего отделения. Её тёплые карие глаза внимательно изучали моё лицо.

— Ника, ты как? — спросила она, откусывая кусок бутерброда. — Выглядишь уставшей. Всё в порядке?

— Всё нормально, Свет, — отмахнулась я, хотя знала, что тёмные круги под глазами выдают меня. — Просто… жизнь немного усложняет задачу.