Книга Бывшая жена. Ты без меня никто, страница 39 – Елена Попова

Гляньте-ка на него, бабу себе нашел на старости лет. Она, кстати, ничего такая. И как ей живется с ним? У него же нет ничего, кроме долгов и кредитов. Интересно, на какие шиши он поменял входную дверь в квартире? Причем дверь крутая, явно дорого стоит. А еще, кстати, я заметила на полу новый ламинат.

Хм… у меня в голове только два варианта: либо Виталий выиграл в лотерею, либо ему перепало наследс…

И тут меня осеняет.

Точно! Он же был единственным наследником тетки из Питера. До чего же она живучая была. Сколько лет я ждала, когда она помрет и все ее имущество перейдет Виталию. У нее была квартира в Питере, дача. Так может, померла?

Если это так, то она прям как будто ждала нашего развода, чтобы покинуть этот мир с полной уверенностью в том, что я не разведу ее любимого племянничка на ее квартирку и дачу.

Прихожу в ярость от этой мысли. Я с Виталием столько лет прожила в долгах и кредитах, а теперь, значит, какая-то блондинка пришла на все готовое? Это разве справедливо?!

Сжимаю губы, прищуриваюсь, и быстрым шагом иду к мастеру.

Меня аж передергивает от злости.

Забираю флешку, кассету, и еду на встречу с Юрой. По пути перекидываю видеозапись на планшет, который специально взяла с собой, и сразу отправляю себе на почту. Так, на всякий случай. Вдруг Юра разозлится и разобьет планшет.

Сижу в кофейне и, глядя на входную дверь, нервно стучу пальцами по столу. Час уже прошел, а его до сих пор нет.

Неужели не приедет?

И что мне тогда делать? Я же не пойду к Кускову с этой записью. Мне не его нужно шантажировать, а Юру. Это я так — для красного словца сказала Юре, что буду вести дела с Кусковым, но я же понимаю, что к нему соваться опасно. Он теперь далеко не простой человек, и за такие дела может организовать мне большие проблемы. Но Юра пусть думает, что я способна на все, и что обязательно дойду до Кускова, если мне это понадобится.

О, идет!

Я приосаниваюсь, принимаю деловой вид.

— Давай сразу к делу, — бросает он, садясь за стол. — У меня мало времени.

— Как скажешь, — пожимаю плечами, достаю из сумки видеокассету и кладу на стол.

— Что это?

— А ты прочитай надпись, — мило улыбаюсь, кивнув на кассету.

Он ведет взглядом по надписи, которая уже выцвела, но в целом разобрать можно.

— Новый год у Одинцовых? — смотрит на меня во все глаза. — То есть ты позвала меня сюда для того, чтобы показать мне старую видеокассету с записью Нового года, который мы когда-то вместе отмечали у нас дома, я правильно понимаю?

— Да, — шире улыбаюсь. — Хочу освежить в твоей памяти воспоминания о том, как мы раньше дружили семьями, как нам было весело.

— Лар, ты прости, конечно, мой вопрос прозвучит грубо, но… — пристально глядя на меня, делает паузу, — ты дура или как? У тебя крыша поехала? Что это за фокусы? Ты вытащила меня с работы для того, чтобы я вместе с тобой поностальгировал по прошлому?

Резко отодвигает стул, встает, передергивает скулами, и, испепеляя взглядом, трясет перед моим лицом указательным пальцем.

— Если еще хоть раз ты…

— А теперь самое интересное, Юрочка, — перебиваю его все с той же милой улыбочкой. — Ты помнишь, что на тот Новый год не только мы с Виталием к вам пришли, но и Дима Кусков с супругой?

— Конечно помню! — прикрикивает он. — Я, черт возьми, каждый праздник помню. С детского сада! И какие стихи рассказывал Деду Морозу тоже помню, и как у елочки танцевал.