Книга Худший парень в мире, страница 37 – Холли Джун Смит

Я просто хотела испортить ему вечер. Как так получилось, что я оказалась здесь, прижатая к кирпичной кладке, неспособная здраво мыслить? Я хочу его так сильно, что это причиняет боль, и ненавижу себя за это. Хочу, чтобы он поцеловал меня, хочу поцеловать его в ответ, хочу, чтобы он был везде, и я никогда раньше не испытывала такой отчаянной тоски по мужчине.

Это не я.

Это не то, чем я занимаюсь.

И это ненормально.

Я с трудом сглатываю и открываю глаза, чтобы увидеть его темный и пронзительный взгляд. Я не узнаю выражение его лица. Не знаю, гнев ли это, желание или намек на что-то еще, но это так страшно, что меня тошнит.

— Ну, слава богу, что я не твоя жена, — со всей силы бью его коленом между ног и убегаю, прежде чем он успевает прийти в себя.

Хэтти

Роб со мной не разговаривает. Не могу винить его после того, как закончилась наша последняя стычка, но он никогда раньше не наказывал меня молчанием, и это выбивает из колеи. Вместо этого он готовит салат на кухне Люка, Меган смешивает напитки, а я сижу за обеденным столом, хмуро глядя ему в затылок, и ковыряюсь в миске с оливками.

— Не прикончи их все до прихода остальных, — говорит он, не оборачиваясь. Я показываю ему средний палец и съедаю сразу две.

Кара и Люк поздно присоединяются к нам. Они все свободное время работают в «Лунном сияние», новом баре и обители музыки, который они открывают в городе. Это действительно захватывающий проект, и я бы хотела, чтобы у меня было больше возможностей помочь им, но сейчас я даже на пять секунд не могу оторвать глаз от работы.

Прошло много времени с тех пор, как мы все вместе тусовались, так что Роб предложил приготовить пиццу для всех нас, и с тех пор, как я приехала, хлопочет на кухне.

Конечно же, он готовит. Конечно же, он сам готовит тесто, с нуля, и свой собственный соус для пиццы, используя особый секретный ингредиент. Конечно же, он надевает фартук, закатывает рукава и, черт возьми, мнет тесто прямо у меня на глазах. Бьюсь об заклад, он бы так же обходился с моими сиськами. Ритмичные, крепкие пожатия. Я сжимаю бедра вместе и стараюсь не думать об этом.

Он чувствует себя здесь непринужденно, в доме Люка — ну, теперь в доме Люка и Кары — и хозяйничает на кухне, как на своей собственной. В тот раз, когда я зашла к нему, чтобы подразнить о выигрыше пари, я видела только гараж, но мне интересно, на что его дом похож изнутри. Шикарная холостяцкая берлога или убогая лачуга — может быть что угодно.

Кого я обманываю? Он хорошо одевается, следит за своим телом, и его обувь всегда чистая. Все будет минималистично и безукоризненно. Держу пари, у него есть уборщица. Возможно, он нанимает одну из тех, что ходят топлесс. Я бы не удивилась, подонок.

Рядом со мной появляется Меган со свежей «маргаритой».

— Очень крепкая, — говорит она, посылая мне воздушный поцелуй.

— Спасибо, ты моя крестная феечка выпивки. Как прошла твоя неделя?

— Ох, знаешь, все как обычно, за исключением того, что моя группа только что закончила занятия по половому воспитанию, и теперь они разбрасывают презервативы по всему кабинету, пока я заполняю журнал. Один даже приземлился мне на волосы сегодня утром.

— Фу, ужас.

— А что я, по-твоему, должна была сделать, запретить им презервативы? Это совсем не то послание, которое я бы хотела до них донести. Да и вообще, что это говорит обо мне, раз это самое интересное, что случилось у меня за последние месяцы? — она драматично надувает губы, но я знаю, что за этим скрывается грусть. Она уже давно не упоминала Макса, но мне не хотелось бы говорить о нем здесь, где она не захочет вдаваться в подробности. Вместо этого я обнимаю ее за плечи.