Книга Архангел, страница 171 – Карина Волк

— Сергей, прекрати наговаривать на Архангела.

Нельзя верить словам Воробьёва. Он теперь, что угодно готов сказать, лишь бы вбить клин между мной и Алексеем.

Удивительно! Архангельский смог заглушить чувство мести и проявил милосердие, чего я от него совершенно не ожидала, а вот Воробьёв …

Чёрт! Оказывается, я совершенно не умею разбираться в людях.

— Наташа, человек, который убил киллера, придёт и за мной. Меня не оставят в живых. Архангельский разыграл изощрённый спектакль. Он отомстит за смерть своего друга.

Растерянно усмехаюсь, стремясь сохранить хладнокровие и невозмутимость…

— Наташа, услышь меня. Этот человек настоящее, вероломное чудовище. Умоляю, не верь ему. Убегай. Спасайся. Он же тебя погубит.

Накрываю ладонями своё лицо, начинаю учащённо бесшумно поглощать воздух, пытаясь восстановить нормальный ход мыслей в голове, которые судорожно метаются, не позволяя рационально проанализировать полученную информацию.

— Хорошо, допустим, что ты говоришь правду, – резко отрываю руки от лица и гневно провозглашаю, скрещивая пальцы в замок и постукивая по холодной поверхности замка, – как мне удостовериться в правдивости твоих слов. Сам понимаешь, что в сложившейся ситуации, тебе нет доверия.

Сергей высоко поднимает подбородок и свободной рукой касается кончика носика, произносит, – сама спроси его.

Мужчина лукаво сужает глаза и пытливо рассматривает моё лицо.

— Посмотри в его честные глаза и убедишься, что он сущий дьявол. Кровожадное животное, изворотливый бес, неспособный встать на путь исправления. Поговорив с ним, а после сходи в следственный комитет и обратись к следователю, Романцову Артёму Юрьевичу, именно он ведёт данное дело. Думаю, он с радостью тебе поведает обстоятельства гибели киллера номер один. Право узнать его судьбу у тебя есть, в конце концов, ты потерпевшая по делу, его обвиняют в покушении на твою жизнь.

«Сомнения — предатели: они проигрывать нас часто заставляют там, где могли б мы выиграть, мешая нам попытаться».

Медленно потираю запотевшие ладони, непроизвольно колени начинаю дрожать, внутри всё содрогается, хочется закричать, но в горле, как будто бы образовался ком, который не позволяет произнести даже слово. Беззвучно раскрываю рот, лицо каменеет и превращается в гримасу полного ужаса и обиды.

Развожу руки, сжимаю их в кулаки и собрав волю, грозно, с ехидной ухмылкой, полной презрения, отвечаю на обвинения в адрес Архангельского, – ты всё врёшь. Не верю ни единому твоему лживому слову. Лучший способ защиты, это нападение. Но ты выбрал неверную тактику.

Смело и решительно взмахиваю головой.

— Я надеялась, что ты покаешься в содеянном, но вместо этого, продолжаешь вести себя, как законченная скотина. Ты ни разу не сказал, о Сизом. В твоих глазах нет и намёка на сожаление, вместо этого ты…,– замолкаю, пытаюсь отодвинуть стул, чтобы принять более комфортное положение, но все усилия терпят крах.

Стул прикован к полу.

Невольно понимаю, что и тело моё скованно, находится в оцепенение. Меня поглотили сомнения. Фразы не соответствуют моим мыслям. Говорю одну, думаю совершенно иное.

— Обвиняешь Архангела. За что ты погубил молодого парня? Ему ещё бы жить да жить. Тебе его совершенно не жалко? Ты как по ночам спишь?

— Какое сожаление. К чёрту раскаяние, – кричит в ответ на мои обвинения Сергей. – Я избавил мир от подонка, убийцы. Меня правоохранительная система благодарить должна, а вместо этого, эта система посадила меня за решётку. Если есть в моём сердце сожаление, так это только ободном, что я не смог убить Архангела и тем самым обрёк тебя на мучительную судьбу с тираном, который окутал тебя лживыми обещаниями.