Онлайн книга «Переплетённые судьбы»
|
Последняя фраза вызвала у меня лёгкий смешок, который скрывал горечь. У него всё есть. Ещё бы! Высокий пост, авторитет на работе, квартира, машина, жена, ребёнок. И любовница для полноты картины — паззл в самом углу. Убери его — красоту картины это не нарушит. Очнись, Кира — он ничего не собирается менять. Это путь в никуда. Беги отсюда. Я посмотрела я на него, и перед глазами пронеслись смутные картины прошлой и настоящей жизни. Глубокое ущелье, покрытые густым изумрудным покрывалом леса горы, старенький деревянный домик, увешанный его сушёными растениями и моими листами с заклинаниями и оберегами. Сквозь вырубленное окно льётся персиковый солнечный свет, падая на нас. Я смотрю ему в глаза, прижимаюсь к худощавому телу, покрытому белой грубо сшитой рубашкой, утыкаюсь носом ему в шею, чувствуя тепло и одурманивающий сладковатый запах его тела и букета трав. Мы едины в своём союзе, и никакая сила не может нас разлучить. Той силы, что пыталась, уже нет среди живых. Узкие улицы, старинные отреставрированные дома, маленькая студия-конура в одном из них, заставленная моими сувенирами из поездок. Сквозь окно льётся розовый свет заката, круг солнца отражается в стёклах дома напротив. Мы тихо лежим в объятиях друг друга, я утыкаюсь ему в шею, чувствую горьковатые ноты Армани и сладковатый аромат его тёплой кожи, его рука медленно гладит меня по спине. Мы едины вновь, но скоро его заберёт от меня такси. — Кира, нас приглашают послушать следующий модуль, пойдём ко всем, — толкнул он меня в плечо и обнажил зубы в широкой обаятельной улыбке, до боли мне знакомой. — Совсем скоро нам выступать… Что-то я волнуюсь. Я всегда волнуюсь перед выступлениями. Открыто говорит мне о своих страхах. Ещё полгода назад утверждал, что никогда не волнуется, но мне было видно, что за этими шутками скрывается уязвимость. Сейчас же его душа была обнажена. И, несмотря ни на что, я продолжала трепетно это ценить, словно держала в тёплых ладонях доверенного мне птенца — вот чем была его душа. Я вновь бросила на него полный нежности взгляд, приподнялась и оставила на лбу поцелуй, вложив в него всё, что не могла сказать вслух. В голове эхом отозвались слова трёхлетней давности: — Ты должна научиться убивать, чтобы защитить себя. В этой жизни мне снова предстоит совершить убийство. Но придется убить свою надежду, что сложнее всего. Ведь она умирает последней, а поэтому до последнего будет держать в твоем плену, Лео. Я люблю тебя. * * * Время текло, медленно меняя декорации — жара лета пошла на спад, постепенно уступая место долгожданной прохладе. Одно только лишь оставалось без изменений — тоска по Лео, несмотря на почти принятое решение об отступлении. Я откладывала его, как могла, находя для себя разные оправдания — слишком крепко держала связь близнецовых пламён. Говорят, она сохраняется на всю жизнь. Но это не красивая романтическая сказка и не комфортная семейная жизнь — это тяжелое испытание для двух старых и сильных душ, которые, играя друг для друга роли из воплощения в воплощение, учат безусловной любви. Регулярно я ловила себя на мысли, ещё с начала нашего общения: «А что, если отношения с женатым мужчиной учат меня отделять любовь от собственничества? И любить человека без желания им обладать?» |