Книга Переплетённые судьбы, страница 181 – Ариана Баженова

Лео, что это за мысли?

Это не мой ребёнок. Я так хотела тоже возвращаться домой к нему, к Лео, чувствовать его объятия, носить под сердцем его дитя, чувствовать поцелуи в живот, а затем с трепетом в сердце наблюдать, как этот маленький комок счастья растёт, искренне радоваться первым шагам и словам… Но сейчас мысли о ребёнке вызывали дикую боль и отторжение.

Теперь Лео намертво пригвождён к своему браку обязательствами, которые не посмеет нарушить. Он будет навсегда связан с этой женщиной. Но зачем, зачем же он начал и продолжает наши отношения? Ведь я же люблю больше жизни…

Я запрокинула голову, допивая остатки терпкого вина. Голова кружилась, и дух рвался куда-то далеко, прочь из этого тела, увлекаемый тёмными и холодными аккордами Моцарта. Силы окончательно покинули тело, слёзы на щеках высохли и соль едва заметно стягивала кожу.

Сознанием будто завладели все монстры, слишком долго удерживаемы в подсознании, и теперь безжалостно терзали и рвали на куски.

Мне было бы невыносимо тошнотворно думать о том, что Лео любит ещё и Кристину. И я уговаривала себя не волноваться все эти месяцы — обычно ребёнок приходит легко, только если оба родителя хотят, и я была уверена, что Лео — не хочет. Уверяла себя, что между ними с Кристиной уже ничего давно нет, что живут они, как соседи, давно уже не касаясь друг друга и даже толком не разговаривая. Представляла, что любит он только меня — иначе сошла бы с ума.

Боль не утихала.

— Когда же это прекратится? — побелевшими губами шептала я.

Чувствовала себя будто стоящей на льдине, которая откололась от берега и быстро уносится в океан, на верную погибель. Неужели меня можно отправить прочь и подумать, что на мне всё заживёт, что я всё вытерплю? Просто потому, что я юная — на десять лет младше Лео и на шесть — Кристины? А значит, глупее и легкомысленнее, и чувства мои несерьёзны, переболят? Но любовь и преданность к Лео пронизывали меня до костей, захватывали каждый квант моего существа, не давая оправиться ни на день, ни на час.

— А если просто доползти до ванны, набрать воды, резкое движение ножом по запястьям? Кровь постепенно выйдет, и всё закончится. Всё закончится… — теряя контроль, прошептала я и почувствовала, как рвутся какие-то очень важные последние нити внутри, и как накрывает странное мертвенное спокойствие, какое бывает только на кладбище.

Лео, неужели я схожу с ума?

— Я не хочу идти на эту чёртову работу. Я никуда больше не хочу выходить из квартиры. Не хочу никого видеть, особенно его. Нет…

…Проснулась и разлепила глаза. Надо мной висело тёмно-синее полотно потолка. Сумерки.

Уйти от страданий таким страшным способом, доползти до ванны с ножом не получилось — организм сжалился надо мной и погрузил в сон, чтобы избавить от нечеловеческой боли. Или это усыпила меня чья-то сила свыше, больше не в силах выдержать моих метаний и страшных мыслей?

Кто-то хочет, чтобы я жила. А почему бы этой силе не вмешаться снова и не решить проблему с Лео раз и навсегда?.. Голова всё ещё трещала по швам от выпитого вина и сильных рыданий, истощивших всё тело.

Я дотянулась до телефона и посмотрела на часы. Девять вечера. Я проспала два с половиной часа. Я весь день оттягивала этот момент, но дальше прятаться от реальности было бессмысленно. Включила интернет и открыла наш с Лео чат. После новости о том, что он уезжает в роддом, я не стала скрывать свои эмоции и хитрить — честно призналась, что мне нужно пережить этот момент, после чего отключилась от сети.