Книга Переплетённые судьбы, страница 155 – Ариана Баженова

Неделя неминуемо подошла к концу, и завтра мне предстояло наконец перевезти остатки вещей. Я гипнотизировала экран телефона в ожидании, что Лео предложит мне помощь в переезде, но день за днем, час за час моя надежда таяла. И где-то в глубине души таяло уважение к Лео, но, к сожалению, не привязанность. Каково это — преданно любить и ждать того, кто откровенно оставил тебя в беде? Наконец, смирившись, я одним движением заказала машину и услуги грузчиков.

Когда они приехали, неразговорчивые и грубые, я сгорбила спину и принялась таскать с ними тяжелые коробки наравне, чувствуя, как болит тело, и украдкой вытирая слёзы досады. Мы неслись по городу, я слышала их ругательства, наблюдала, как наш грузовик лихо обгоняет машины, и пыталась обрести самообладание.

— Как жаль, что тебя сейчас нет рядом. Меня пугают эти грузчики, и тяжеловато таскать коробки, — отправила я сообщение Лео.

— Представляю, — пришёл ответ.

Когда мы закончили переезд, я обессиленно опустилась на холодный пол среди расставленных коробок и вновь заплакала, чувствуя, как что-то отчаянно царапает горло. Видеть неприглядную правду было больно, словно касаться оголённого нерва: он оставил меня один на один разбираться с трудностями, изящно отряхнув руки и ускакав по делам.

Может быть, моя коллега была права, и происходящее между нами — ничто иное, как простое «блядство»?

Надо взять себя в руки, надо быть сильной. Я встала и отряхнулась. Теперь пора ехать обратно, на свою первую квартиру — там было гораздо ближе до центра города, где у нас завтра должно было состояться очередное рабочее мероприятие.

Но, сойдя на станции метро, я застыла и хлопнула себя по лбу. «Чёрт! Я же в старой рабочей одежде для переезда! Мне срочно нужен приличный прикид на завтра!» Я быстро побежала в торговый центр и нырнула между длинных рядов с одеждой в одном из магазинов. Шоппинг сродни медитации успокоил меня и помог ненадолго забыть о сегодняшнем инциденте. Я довольно повертелась перед зеркалом в бежевом платье, накинула сверху лёгкий коричневый пиджак, и прошла на кассу.

Оказавшись в опустевшей, но по-прежнему уютной маленькой студии, я опустилась на диван, и глубокое чувство досады, на время заглушенное шоппингом, вновь заговорило в полный голос. Этот диван, этот стол — всё в квартире, уже успевшей стать милой сердцу, хранило тепло воспоминаний о проведённых здесь часах наслаждения и душевных разговорах.

— Разве так поступают с любимой девушкой? — не выдержав, написала я Лео.

— Как «так»? — как ни в чём не бывало, ответил он.

— Почему ты оставил меня сегодня одну разбираться с переездом?

— Ты говорила, что будешь переезжать сама, я и подумал, что моя помощь не понадобится…

Я глубоко вздохнула, пытаясь побороть вспыхнувшее раздражение и досаду. За что? Почему он так резко начал давать попятную, хотя раньше стремился окружить меня заботой во всём? Как и думала — хотела дать Лео возможность проявить инициативу, и он благополучно её проигнорировал.

— Вот представь, что женщина, которая тебе очень дорога, вынуждена одна разбираться с какими-то странными мужиками, и вдобавок таскать коробки, когда ей нельзя поднимать тяжести. Пока её мужчина где-то стоит в стороне и пишет лишь «представляю». Приятно?

Поздно. Гнев уже огнём пылал в глазах и в крови, обжигал лицо, и я строчила и строчила полные обиды и злобы строки ему. Затем откинула телефон и спрятала в ладони лицо, невольно в красках вспоминая, как лишь пару месяцев назад мы с ним с улыбками и смехом грузили вещи в нашем первом переезде. Выходит, не попроси я — этого не было бы тоже. От этого безразличия на душе стало противно, как в промозглый осенний день. Я поёжилась и свернулась на диване, обняв себя руками.