Книга Переплетённые судьбы, страница 112 – Ариана Баженова

Бодро вскочила в пять утра, приняла освежающий душ, окончательно разбудивший меня. Натянув футболку и шорты, принялась быстрыми движениями нарезать сыр и крабовые палочки, чтобы успеть приготовить завтрак к приезду Лео.

Едва я положила конвертики из лаваша на сковородку, раздался звонок в дверь. Я в нетерпении открыла дверь слегка дрожащими руками. Он шагнул в квартиру, как всегда, в выглаженной рубашке, сером пиджаке и строгих очках в тонкой оправе. Мы слились в объятиях и поцелуе. Такие долгожданные и короткие встречи украдкой, в утренних сумерках. Я оставила у него на щеке поцелуй и побежала к сковородке, следить, чтобы завтрак не подгорел. Он подошёл сзади, по-хозяйски открыл шкафчик, достал кружки и принялся заваривать кофе.

Затем я почувствовала, как его руки обвивают меня, гладят тело сквозь пижаму. Горячее дыхание коснулось моей шеи.

— Лео, я готовлю, отвлекаешь тут меня, — в шутку приструнила его я.

— Чёрт, я ведь только кофе заехал попить, честно, — прошептал он мне на ухо, и его руки скользнули мне между ног, сорвав с губ тихий стон.

Я резким движением выключила плиту и повернулась к нему, подставляя шею горячим поцелуям.

— Плевать. Всё уже готово, пусть остывает.

Он уверенно взял меня за руку и потянул в гостиную, затем повалил нас на диван, в горячке стягивая с меня одежду. Его нетерпеливые поцелуи покрывали тело, и он спускался ниже и ниже, пока не коснулся самых чувствительных мест, заставляя меня в неистовстве метаться по постели и стонать.

— Что-то здесь жарко, — с этими словами он расстегнул и скинул рубашку.

— Наконец ты стал мне доверять, а то всё стеснялся раздеться полностью, — захлопала я в ладоши и искренне улыбнулась, с восхищением оглядывая его тонкое изящное тело.

Он вновь подарил мне чувственный поцелуй и снова спустился ниже. От прикосновения его горячих губ у меня по телу пробегали электрические разряды. Я горячо истекала от ласк Лео, затем переключилась на него, жадно ловя его стоны страсти.

Под конец мы, мокрые и обессиленные, лежали в постели в объятиях друг друга, потеряв счет времени в эти ранние утренние часы. Нас тянуло друг к другу как магнитом.

— Зашёл кофе попить, называется, — в шутку сказал он.

Я с нежностью оглядела его и мягко положила голову на обнажённую грудь. Он бережно гладил меня по голове, играя пальцами с непослушными светлыми прядями.

Как жаль, что я узнала его только сейчас, что мы не жили в одном дворе и не дружили семьями, что он не приглашал меня зимой на каток, не помогал с домашним заданием в школе и университете. Что мы не гуляли вместе беззаботно ночи напролёт, исследуя мистический ночной Петербург. Что не со мной у него был первый поцелуй, и не со мной он разделил первые волнения юности перед лицом взрослой жизни.

Не меня он первую, и даже не вторую повёл под венец, сверкая глазами, поправляя бабочку на шее и искренне веря в светлое будущее. И не мне ему готовить каждое утро незатейливый завтрак. И не убежать нам беззаботно на выходных в Русский музей, зная, что впереди весь день, чтобы восхищенно замереть у «Девятого вала» Айвазовского, а затем зайти в дешёвую пышечную, после которой наслаждаться на крыше ночным чарующим Питером.

Не затеряться в огромном книжном магазине в доме Зингера и не столкнуться лицом к лицу, показывая друг другу стопку книг, которые могли бы нам понравиться для тихих семейных вечеров. Не целоваться на задних рядах во время спектакля в театре. И не получить полный благодарности поцелуй в лоб, когда в больничной палате на свет наконец появится от него заливисто кричащее дитя.