Книга Переплетённые судьбы, страница 100 – Ариана Баженова

— Я тоже очень рада! — тут мне в голову молнией пришло странное воспоминание. — А помнишь, ты, когда читал лекции для новосибирского университета, рассказывал про одну студентку? Я-то думаю, почему у неё знакомая фамилия. Нашла её, оказалось, что это девушка однокурсника, который мне очень нравился на первом курсе, но жестоко меня отверг… А теперь ты читаешь ей лекции, хотя я думала, что все они останутся в Новосибирске, в прошлом, и я не услышу больше ни одного напоминания о них.

До меня дошло полное сознание этой ситуации, и я почувствовала, как сильнее затягивается кармический узел странных обстоятельств и совпадений.

— Ревность — деструктивное чувство. Что ты чувствовала, когда узнала, что у него появилась девушка? Хочешь об этом поговорить?

— Спасибо тебе за чуткость! Я думаю, что уже прожила эту ситуацию и оставила в прошлом.

— Не расстраивайся почём зря из-за того, кто тебя оттолкнул. Просто это не те люди, не наши, они даны нам лишь для опыта и закалки. Я раздосадован, что тебе такие попадались. Они не достойны такой девушки, как ты.

Я с улыбкой отметила, как Лео принял в своё время и теперь отзеркалил мою реплику про то, что наши, нужные люди всё равно будут с нами сквозь время и обстоятельства. И снова это странное поведение. Пару минут назад он четко поставил границы и показал, что между нами ничего не может быть. А теперь открыто демонстрирует, что считает себя «тем самым» мужчиной, который меня достоин. Сам не понимает, как себя вести — и хочется, и колется.

— А ещё, когда я приеду, надо будет сходить покурить сигары. Хочешь? — добавил он в завершение вечера.

— Конечно, хочу! Ни разу не пробовала.

«Наконец он делает явные шаги и сам куда-то приглашает меня».

— Кстати, мы приехали в Питер, всё хорошо.

— Отлично! Спасибо тебе за вечер. Спокойной ночи, сладкий, напиши, как доедешь до дома.

Я выключила свет и, так и не смыв размазавшийся черный карандаш под глазами, рухнула спать после насыщенного культурного досуга и важного разговора.

По правде сказать, его итогов я так и не поняла. Он оттолкнул меня и тут же притянул обратно, видимо, сам не понимая, как ему быть со своей симпатией ко мне. Последняя мысль, за которую зацепилось сознание перед тем, как провалиться в черноту сна, — это то, что всё только набирает скорость, но я уже не боюсь разбиться.

* * *

Двадцать третье апреля. С широкой улыбкой я спускалась по небольшой каменной лестнице крыльца университета. Внутри всё ликовало. Я закрыла ещё одну сессию, и бессонные ночи позади!

В этот раз я собой была особо довольна — ведь впервые в жизни, с первого класса школы и до последнего курса бакалавриата, я получила четвёрку за экзамен, и даже не одну. Когда-то же это должно было случиться, хотя бы в магистратуре. Я окунулась в реальную жизнь, и синдром отличницы стал лишним, сковывающим движения.

Ну а теперь — самое приятное. Отмечать закрытие сессии! За пару минут я дошла до метро, запрыгнула в вагон и вскоре оказалась дома, в своей уютной маленькой студии. У меня есть ровно три часа, чтобы собраться на долгожданный вечер.

— Ты сильно марафет не наводи, — пришло сообщение от Лео.

— Ты же знаешь, я не могу по-другому, — передразнила его я.

Я накинула всё то же длинное вишнёвое платье из Калининграда, в котором была в музее. С удовольствием провела рукой с длинными бордовыми ногтями по волнистым волосам и заправила их за ухо. На кожу легли капли тяжелого французского парфюма.