Книга Собиратели душ, страница 97 – Наталья Тимошенко

— Смотрите, смотрите!

Алиса оглянулась. На стене чуть выше того места, в которое вонзился циркуль, постепенно проступали буквы, складываясь в слово: «Сука». Кто и чем его писал, было непонятно, но буквы читались хорошо.

И это будто привело Анну в чувство. Она наконец поднялась, схватила детей за руки и потащила их из комнаты.

— На лестницу! Быстрее! – командовал Леон.

А когда они скрылись за дверью, подошел к Алисе, присел возле нее на корточки.

— Ты как?

— Нормально, – заверила она, хотя в груди разливалась тупая боль, усиливающаяся от каждого движения.

В квартире все стихло. Полтергейст то ли потратил весь свой запал, то ли без Анны и детей в квартире не видел смысла продолжать.

— Все закончилось? – спросила Алиса, глядя то на распахнутую неподвижную дверь, то на скабрезную надпись на стене.

— Временно.

Леон помог ей подняться, внимательно осмотрел, а потом коснулся большим пальцем ее подбородка. Прикосновение было заботливое, почти… нежное? Но Алисе некогда было думать об этом. Увидев кровь на его коже, Алиса почувствовала, как саднит подбородок. Похоже, стул проехался и по нему, но из-за удара в солнечное сплетение она даже не почувствовала.

— У Софи есть аптечка, – коротко проинформировал Леон, отходя от нее и поворачиваясь к стене. – Как ты это сделал? – пробормотал он, касаясь пальцами больших черных букв, а затем снова повернулся к Алисе. – Нужно убедиться, что с Алексиными все в порядке, и попробовать уложить их спать. Не думаю, что до утра явление повторится, но завтра нам придется что-то придумать.

Алиса молча кивнула, показывая, что поняла план действий, и медленно вышла из комнаты, собираясь найти Анну с детьми. В груди все еще болело, глубоко дышать было тяжело, но времени жалеть себя не было.

Поспать этой ночью Алисе удалось всего несколько часов. Успокоив Алексиных и уложив их в кровати – Анне пришлось дать успокоительного, – Алиса и Леон вернулись к себе в начале четвертого утра. Влад к тому времени проснулся и сидел на кухне, обнимая дымящуюся чашку, готовый заступить на дежурство.

— Что там у вас было? – спросил он, когда Леон и Алиса вошли на кухню.

К трем часам, когда Влад проснулся, у Алексиных было уже тихо, он мог увидеть только последствия произошедшего.

— Типичные проявления разбушевавшегося духа, – устало вздохнул Леон. – То ли полтергейст, то ли злобный призрак.

Эти же версии он озвучил и Анне утром, когда все снова собрались в квартире Алексиных. Дети играли в детской, где Анна с самого утра уже заклеила скабрезную надпись на стене белой бумагой, а сама хозяйка снова разливала чай по щербатым чашкам.

— Что это такое – полтергейст? – не поняла она, посмотрев на Леона. – Я помню, сериал такой был в моем детстве, но я не смотрела. Никогда мне не была интересна эта тема.

То есть в твоем доме целый год происходит какая-то хрень, а ты не интересовалась?

— Полтергейст в переводе с немецкого – «шумный дух», – принялся объяснять Леон то, что Алиса уже читала в его книгах, но ей все равно было интересно. Она, в отличие от Анны, не помнила такого сериала, была еще слишком молода, чтобы его застать. – То, что происходит у вас, очень на него похоже. Обычно полтергейст проявляет себя стуком, посторонними запахами. Может двигать предметы, сбрасывать их со своих мест, поджигать что-то. Писать на стенах, чаще всего ругательства, тоже в его стиле. Когда-то считалось, что подобные явления – происки дьявола. Но в прошлом веке его изучением занялись парапсихологи и пришли к выводу, что дьявол не имеет к нему отношения.