Книга Собиратели душ, страница 52 – Наталья Тимошенко

Как бы то ни было, а домик находился слишком далеко, чтобы звуки из него доносились до ее комнаты, а значит, ко всему происходящему отношения не имеет.

Алиса отошла от окна, щелкнула выключателем, но свет в комнате не загорелся. Более того, электричество отключилось давно, поскольку телефон, стоявший на зарядке, полностью разрядился. Алиса выдохнула сквозь стиснутые зубы, швырнула бесполезный аппарат на кровать.

Оставаться в комнате было страшно, хотя она понимала, что выходить в коридор не следует. По крайней мере, здесь она в безопасности. Даже если не из-за свечи, то из-за закрытой двери как минимум. Но и дальше находиться в неведении, не понимать, что происходит, было еще страшнее. А вдруг дом сейчас рухнет? Все давным-давно спаслись, а про нее забыли. В суматохе про девчонку, которой позавчера еще вообще не было в доме, вполне себе можно и забыть. Алиса никогда не была из тех, кто в случае опасности залезает под кровать.

Подхватив свечу – единственный источник света, – она тихонько отперла дверь и вышла в коридор. Здесь крики и сотрясание стен стали ощущаться еще сильнее. Однако, откуда именно они доносятся, Алиса не понимала. Коридор был пуст, и она медленно направилась в сторону лестницы на первый этаж.

Добраться до нее Алиса не успела. Оставалось не больше метра, когда сзади вдруг что-то скрипнуло, и послышались тихие шаги. Шел не один человек, а больше. Коридор не был прямым, примерно посередине загибался на девяносто градусов, поэтому те, кто шел позади, Алису еще не видели. Быстро оглядевшись и обнаружив у самой лестницы большую вазу с цветами, Алиса задула свечу и шмыгнула за вазу. Черные стены и любовь к темной одежде сделали ее незаметной для других. Вскоре Алиса поняла, что по коридору шли Мария Антоновна и Тамара Ильинична. Алиса еще не видела их, но уже слышала голоса.

— Ох, бедный он в этот раз, бедный, – сокрушенно вздыхала Тамара Ильинична. – Никак успокоить не могут.

— Да, в этот раз что-то совсем разбушевался, – более сдержанно поддерживала собеседницу Мария Антоновна.

— Ну а чего еще хотеть, ты же видела, в каком состоянии его девчонка притащила. Могло быть и хуже.

Алиса замерла, полностью превратившись в слух. Неужели женщины говорят о Леоне? Тогда что же выходит: это он такое творит? Но как это возможно? Алиса была уверена, что человеку не под силу ни издавать такие звуки, ни с такой мощью громить дом.

Хотя он колдун, кто знает, на что способен?

Женщины тем временем поравнялись с Алисой, и та задержала дыхание, боясь выдать себя. Обе держали в руках такие же церковные свечи, как и она, только зажженные.

— К утру должно полегчать, – продолжала рассудительная экономка. – К утру всегда легчает.

— Когда еще то утро! – снова вздохнула Тамара Ильинична. – Два часа только. Хоть бы дотянул.

— Дотянет. Всегда дотягивал. А тут всего лишь какой-то бездушный.

— Ну, не скажите. Бездушные не всего лишь. Тем более такой, который уже крови попробовал. Что он с бедным Владиком сделал, видели? Да и Леон еще не полностью восстановился после заказа Рокотова, что б ему провалиться!

Рокотова? Алиса слышала эту фамилию. Сергеем Рокотовым звали мэра их города. Неужели он делал Леону какой-то заказ? Алиса читала, что сильные мира сего пользуются услугами Леона, потому он и смог позволить себе такой дом, но почему-то не верила до конца, пока сама не услышала. Впрочем, не такая уж и редкая фамилия, вполне возможно, речь не о мэре.