Книга Падальщики, страница 47 – Наталья Тимошенко

Последний из четырех парней жил не в городе, а в деревне. Ехать было особенно далеко: почти на самый край области. Деревня оказалась небольшой, но современной: на центральной улице располагались старые домики с заросшими дворами, но стоило свернуть чуть в сторону, как картина поменялась. Не двухэтажные особняки, как в пригородах больших городов, конечно, но и не деревянные халупы. Добротные кирпичные дома, которым едва ли больше двадцати лет. Фруктовые сады успели вырасти большими, но еще не превратились в неухоженные заросли. У каждого дома был разбит небольшой огород, сейчас прикрытый грязным снегом, почти в каждом дворе стояла теплица.

Семью Никиты Морозова, парня, который убил остальных, Алиса сознательно оставила напоследок. Хотелось сначала сложить в голове общую картину и лишь потом ехать к предполагаемому зачинщику. Едва Алиса припарковала машину на обочине у ворот, из дома вышла полная женщина в застиранном халате с черным платком на голове. Алиса подошла к калитке, поздоровалась:

— Добрый день! Меня зовут Алиса, я звонила вам.

Женщина кивнула, прямо в тапочках, не одеваясь, спустилась со ступенек, открыла калитку, пропуская Алису во двор.

— Проходите, – бесцветным голосом сказала она. – Я Галина Аркадьевна, мама Никитки. Можете тетей Галей звать, меня все так зовут. Я в школьной столовой тридцать лет уже работаю, привыкла. Сейчас вот отпуск дали до Нового года, чтоб отошла немного.

Женщина вытерла глаза краем платка, но слезы сдержала.

Алиса прошла за ней в дом. Сразу за тесной прихожей начиналась кухня, куда и привела ее тетя Галя. Посередине стоял большой стол на восемь человек, три из четырех стен занимали старые, но добротные шкафчики и газовая плита, на которой сейчас что-то варилось в трех кастрюлях.

— Присаживайтесь, чай будете?

Алиса отказалась. По дороге она останавливалась на заправке (монстр ел неприлично много!), перехватила хот-дог с кофе. Тетя Галя что-то помешала в кастрюльке, потом тоже села за стол напротив Алисы.

— Что вас интересует? – спросила она. – Полиции мы уже пять раз все рассказали.

— Я не из полиции. Веду… частное расследование.

Такой ответ несчастную мать полностью удовлетворил. Она даже не стала спрашивать подробнее, кто Алиса, собственно, такая и какое именно расследование ведет. Просто молча кивнула, давая понять, что готова ответить на расспросы.

— Расскажите мне немного о вашем сыне, – попросила Алиса. – Каким он был, чем увлекался?

Женщина снова промокнула глаза.

— Никитка у нас четвертый ребенок, – бесцветным голосом начала она. – И даже не совсем наш, честно говоря. Мы от него не скрывали, что он приемный. На самом деле он сын моей сестры. Она умерла, когда Никитке был месяц. Полезла окна мыть и упала с пятого этажа. На чистоте всегда помешана была. От кого родила, не говорила. Не сдавать же мальца в приют, мы с мужем забрали. Где своих трое, там и четвертый. А потом и еще двое родилось. Старшие уже в свободном плавании, кто женился, кто еще учится, но с нами не живут. Младшие, две дочки-близняшки, в восьмом классе учатся. Никита одиннадцатый заканчивал, летом выпускной… был бы. – Она запнулась на мгновение, но быстро взяла себя в руки. – Он хотел в университет поступать, единственный из наших детей. Остальные-то ПТУ закончили. Неплохие ребята, не подумайте, дочка у меня вообще на парикмахера выучилась, сейчас такие прически делает – загляденье! К ней очередь на месяц вперед, невесты так и вовсе за полгода записываются. Просто Никита самый умный был, все компьютерами интересовался, сам программы писал какие-то. Даже зарабатывал что-то. Я ничего не понимаю в этом, мы люди простые. Я повар, муж мой на тракторе в колхозе работает. Сестра моя тоже продавщицей была. Должно быть, отец у Никитки шибко умный был, в него пошел. Сам себе на хороший компьютер заработал, сестрам деньжат подкидывал. Муж в прошлом году все лето от зари до зари на комбайне работал. Там платят хорошо. Мы почти все отложили, думали, если Никитка на бесплатное не поступит, то хоть первый год платного ему обеспечим. А там либо сам переведется, либо еще заработаем. Лишь бы учился.