Книга Сноходцы, страница 110 – Наталья Тимошенко

— Ах ты, тварь! – раздалось из-за двери. – Думаешь, самый хитрый?

— Парни, поджигайте! – крикнул второй. – Выкурим эту сволочь, как поганую лису!

Раздался гогот, заставивший Алису вздрогнуть. Судя по звукам, толпа покидала дом, но было ясно: лишь для того, чтобы поджечь его в разных местах. Возможно, у них даже бутылки с зажигательной смесью при себе. Если они бросят их в окна, пожар начнется внутри дома. И тогда никакой спортзал не спасет их от огня. А Леон недостаточно окреп, чтобы сражаться на должном уровне.

Снова послышался звук разбиваемого стекла, сопровождающийся новым взрывом хохота, а затем все вдруг стихло. И в этой тишине Алиса услышала странный звук, похожий на потрескивание огня в камине. Словно где-то далеко горели сухие ветки. Алиса все еще пыталась убедить себя, что это головорезы подожгли дом, но знала, что звук доносится со стороны террасы. Туда еще никто не добрался. И это могло значить лишь одно. Она обернулась к Леону и в его темных глазах увидела отражение собственного ужаса. Оно лишь мелькнуло и тут же исчезло, уступив место холодному рассудку.

— Падальщики, – негромко произнес Леон.

Всего одно слово, сказавшее больше длинной речи.

Падальщики.

Они пришли за ним. И теперь уже неважно, что происходит снаружи, неважно, что будет дальше. Падальщики здесь, а значит, Леону остались считаные минуты.

Алиса метнулась в гостиную, к большому окну, припала лицом к холодному стеклу. Далеко на горизонте, над самыми верхушками деревьев, алело небо. Это было не солнце, а пожар. Над лесом летели огненные птицы, задевали огромными крыльями верхушки деревьев, поджигали их, бросали на землю тлеющие угольки. Долина была в огне, и скоро этот огонь заберет жертву, за которой пришел.

Леон подошел к двери на террасу, взялся за ручку, намереваясь выйти, но Алиса схватила его за вторую руку, потянула на себя.

— Бежим! – сказала она. – Мы спрячемся.

Леон мотнул головой и вдруг крепко сжал ее ладонь, притянул к себе, обхватил руками лицо и прижался к губам в крепком поцелуе. А затем отстранился, заглянул в глаза, по-прежнему держа ее лицо в ладонях, заставляя смотреть на себя.

— Я не буду прятаться, – быстро заговорил он. – Не буду подвергать вас опасности. Они сожгут дом, убьют вас. Этих не бойся, полиция скоро будет здесь. А с Падальщиками я разберусь. Но я хочу, чтобы ты кое-что знала. Я понял, что не могу уйти, не сказав тебе. Понял, что не хочу умирать, зная, что ты будешь ненавидеть меня. Прости меня за эти слова, Алиса, но ты должна знать: я люблю тебя. Не думал, что еще способен на такое, не думал, что еще вообще могу что-либо испытывать, но ты должна знать, что я тебя люблю. И больше всего мне жаль, что все вышло так.

Он оттолкнул Алису от себя, взмахнул рукой, будто набрасывал на нее невидимую шаль, и Алиса потерялась в пространстве. Ничего не видела и не слышала, отчаянно махала руками, выпутываясь из невидимой паутины, а когда это ей наконец удалось, Леон был уже по другую сторону двери, сбегал по ступеням с террасы, уверенно шел навстречу Падальщикам. Алиса бросилась к двери, заколотила в нее кулаками и ногами, но стекло будто превратилось в сталь. Леон установил защиту, как на дверь в прихожую, и Алиса не могла ее преодолеть.

— Леон! – в отчаянии закричала она, продолжая биться в стекло. – Леон!