Книга Дочки-матери, страница 73 – Наталья Тимошенко

Лосев кивнул.

— Как думаешь, стоит попробовать провести Никиту в реанимацию? Может быть, ему удастся вытащить из обеих какую-то информацию? Они ведь в коме, насколько я понимаю, ему будет легко считать их воспоминания.

— А толку? – вздохнула Лера. – Он ведь считал их с Вики. И заглядывал в сон Яны. Все, что мог, уже вытащил. Теперь бы понять, что с этой информацией делать.

— И все-таки я бы попробовал.

Лера не стала спорить, вместо это вытащила телефон, чтобы позвонить Никите и попросить его приехать. Уж с врачами она как-нибудь договорится.

* * *

Оказавшись в восемнадцать лет опекуном младших брата и сестры, Никита довольно быстро понял, что на пицце они долго не проживут и ему придется учиться готовить. Правда, решил, что раз уж вынужден этим заниматься, то готовить будет ту еду, которая ему нравится, а не ту, которую якобы положено есть детям. Супы и борщи что он, что Женя с Дашей терпеть не могли, а потому с того дня, как они вернулись в родительскую квартиру, в холодильнике такого рода еды больше не было. К тому же, когда он готовил что-то необычное, ему удавалось заинтересовывать и остальных детей, и со временем все трое разделили эту обязанность. За десять лет они освоили много вкусных, питательных и интересных блюд.

Вот и сегодня, решив, что вернувшейся из больницы Лере не помешает горячая еда, Никита остановился на говяжьем стейке и легком овощном салате. И вкусно, и быстро, поскольку времени в запасе у него было немного.

После кладбища Никита по просьбе Леры приехал в больницу, его даже пустили в реанимацию, но ничего важного он больше не почувствовал. Как и в ситуации с Викой, он не ощущал чужих рук на теле маленькой Арины, она стремительно шла ко дну, не могла всплыть, как ни старалась, но при этом ее будто бы никто не держал. Если бы не сны и ощущения Яны, Никита был бы уверен, что никакого физического воздействия действительно не было, но теперь знал, что это не так.

Лера еще немного задержалась в больнице, а он уехал, намереваясь приготовить для них двоих ужин и этим немного скрасить ей незадавшийся день. К тому моменту, как на площадке послышалась возня и зазвенели ключи возле двери напротив, у Никиты уже почти все было готово: салат напитывался заправкой в большой миске, стейк отдыхал на доске. Никита вышел на площадку и улыбнулся соседке:

— Мой руки и приходи ко мне. Я приготовил ужин.

Лера взглянула на него через плечо.

— Кремнев, если бы я верила в Бога, честное слово, думала бы, что именно он послал мне тебя в соседи, – с чувством призналась она.

Лера пришла минут через пять, все такая же уставшая, какой он видел ее в больнице, но уже в домашнем костюме, с завязанными на затылке непослушными волосами, плюхнулась на стул и втянула носом воздух.

— Пахнет божественно.

Никита поставил на стол миску с салатом, два бокала для вина и тарелки с приборами, разложил мясо. Первые несколько минут ели молча, ничего не обсуждая и не обмениваясь мнениями. И лишь когда основной голод был утолен, приступили к делу.

— Какие у тебя мысли? – первой прервала молчание Лера.

Никита еще немного подумал, разглядывая вино в бокале, а потом признался:

— Мне кажется, что Катерина тут ни при чем. Точнее, она просто такая же жертва, как и остальные. Но ее вины в происходящем нет.