Книга Дочки-матери, страница 43 – Наталья Тимошенко

— Думаю, их можно не учитывать, – осторожно сказал Никита. – Пока я бы ставил на то, что что-то сделала Катерина, чем-то навлекла на всю семью это… «проклятие».

Последнее слово Никита произнес после недолгой паузы, и Яне показалось, что в проклятие он больше не верит, считает происходящее чем-то иным. Но никто больше не обратил на это внимания, а сам Никита тему развивать не стал.

— Почему ты думаешь, что она что-то сделала? – нахмурилась Лера.

— Уже хотя бы потому, что она стала первой жертвой. До этого в вашей семье ничего необычного не происходило. Люди умирали достаточно разбросанно и во времени, и в причинах. И только после ее смерти в течение года умерли три из четырех ее племянниц. То есть проклятие – будем пока называть его так – идет по нисходящей линии и не затрагивает параллельные: сестра жива. Может быть, правда, пока. Хорошая новость, – он улыбнулся Лере, – тебе переживать нечего. Потому что едва ли проклятие перекинется на вашу ветку, для этого ему пришлось бы сделать два шага наверх, а оно так не работает. Тем более что связующая эти две ветки женщина уже давно мертва.

— Успокоил, – фыркнула Лера. – А что делать с нисходящими ветками? Ведь есть еще Карина и ее дочь.

— Вот тут надо работать быстро, – согласился Никита. – Пока между смертями проходило несколько месяцев, так что время у нас еще есть, но лучше не затягивать. Никто не знает, когда оно закончится.

— И что нам делать? – поинтересовалась Яна.

— Будем работать по нескольким направлениям. Во-первых, нам нужно изучить более подробно Катерину, ее жизнь и особенно – конфликты. Как-то она должна была навлечь на себя это проклятие. Могла, конечно, и случайно подцепить, такое тоже случается, но все же чаще всего кто-то намеренно проклинает человека. Нужно тщательно опросить ее ближайших родственников.

— Да нет у нее никаких родственников, – покачала головой Лера. – Замужем она никогда не была, детей не родила. Знаешь, у всей нашей семейки характеры – не подарок, но тетя Катя превзошла многих.

— Лера… – покачал головой Лосев.

— Да что такого? – возмутилась та. – Я не придерживаюсь мнения «о покойниках или хорошо, или ничего». Особенно в такой ситуации. В то, что проклясть ее могли, я верю очень даже охотно.

— Все равно должны быть какие-то подруги, соседки, – настаивал Никита, – кто-то, кто знал ее лучше других, с кем она могла делиться чем-то личным. Если ее действительно за что-то прокляли, она, скорее всего, могла рассказать о таком конфликте подруге. Скандальные люди порой работают на публику, им нужны зрители, поддержка окружающих, иначе неинтересно.

— Отработаем, – вздохнул Лосев.

— Отлично. А мы тогда с Яной, как обычно, займемся более глубоким изучением подобных проклятий.

— А что с тем крестиком, который я нашла? – уточнила Яна.

— С каким крестиком? – удивленно посмотрела на нее Лера.

Никита неодобрительно покачал головой не то потому, что Яна завела об этом разговор, не то вспомнив, как именно она нашла этот крестик. И последнее казалось девушке более вероятным, потому что зачем ему скрывать эту находку от остальных?

— Мы были на месте гибели Юли, и в воде Яна нашла крестик, – пояснил он. – На вид довольно старый. Я отдал его одному знакомому ювелиру. Едва ли крестик представляет из себя какую-то ценность, но, быть может, в нем есть что-то уникальное, что нам поможет.