Книга Жмурки, страница 42 – Наталья Тимошенко

В половине третьего ночи в коридоре хлопнула дверь и в гостиную вошла сонная Даша.

— Ты почему еще не спишь? – удивилась она, увидев Никиту с ноутбуком на коленях.

— Да так, ищу кое-что, – отмахнулся он.

— Умей отключаться от работы хотя бы по ночам, – посоветовала сестра и, зевнув, скрылась на кухне. Загремели стаканы, полилась в раковину вода, и минуту спустя Даша вернулась обратно в комнату, бросив по дороге на Никиту порицательный взгляд.

Следовало внять ее совету. И пусть он занимался не совсем той работой, о которой подумала Даша, но и от этой отдыхать тоже нужно. По крайней мере, организму требовался сон.

Не зря давным-давно придумали поговорку «утро вечера мудренее». Именно утром Никите пришла в голову идея, где еще можно раздобыть нужную им информацию об усадьбе и семействе Маковецких.

— Музей? – удивленно переспросила Яна, когда Никита позвонил ей. – Насколько я поняла, в Поместье нет музея.

— А нам и не нужен музей в Поместье. Нам нужен обычный краеведческий музей рядом. В таких местечковых музеях всегда много знают о богатых семьях тех времен. В нем могут быть книги и записи, не попавшие в архив или в интернет. Возможно, именно там нам удастся узнать что-нибудь и о погибшей невесте.

Никита видел, что Яна сомневается в его идее, но сам он был уверен, что именно в музее они узнают что-нибудь интересное. Хотя внутренний голос нашептывал ему, что он просто ищет, чем занять день. Потому что, как только у него освободится хотя бы несколько часов, ему придется поехать к отцу в клинику и спросить о Даше. Вот там других источников информации точно не осталось. Да, он говорил Яне, что отец ничего не скажет, но сам не был в этом до конца уверен. Ведь однажды отец сделал исключение.

Простой запрос в поисковой системе выдал нужное: в ближайшем к поместью городке есть краеведческий музей, время работы с 9 до 17. Они приехали к одиннадцати и оказались единственными посетителями. В такие музеи обычно водят школьников, а у тех сейчас каникулы.

Пустой зал встретил посетителей гулким эхом и стандартной композицией из камней и палок за помутневшим от времени стеклом. Пока Яна от нечего делать разглядывала таблички возле экспонатов, которые были абсолютно одинаковыми в каждом городе, Никите удалось разыскать работника музея. Тот оказался одновременно и директором, и единственным экскурсоводом. Полный мужчина лет пятидесяти, дремавший за компьютером, поначалу не вызвал в Никите доверия, но очень скоро выяснилось, что совершенно зря.

— Честно признаться, летом у нас мало посетителей, – вздохнул он, тяжело поднимаясь со стула, когда Никита сказал, что хотел бы экскурсию. – Вы хотите обзорную или вас интересует что-то конкретное?

— Конкретное, – не стал увиливать Никита. – Мы отдыхали недавно в гостиничном комплексе «Поместье Маковецких» и очень заинтересовались историей самого поместья. Тем, чем оно было до того, как стало гостиницей.

Они как раз вышли в первый зал, где оставалась Яна, и директор понял, кого имел в виду Никита под словом «мы». Брови его взлетели вверх, он окинул внимательным взглядом сначала Яну, потом посмотрел на Никиту, и в глазах его прочиталось явное неодобрение. Белокожая Яна в светлом сарафане в мелкий цветочек, в сандалиях без каблука, с сиреневыми волосами (цвет волос эта девчонка меняет чаще, чем идет дождь!) не выглядела ни на день старше своих девятнадцати лет, и десятилетняя разница между ней и Никитой сейчас особенно бросалась в глаза. И пусть выводы директора музея были неправильными, Никита напомнил себе, что именно так на них будут смотреть все вокруг, если он поддастся слабости.