Книга Казаки-разбойники, страница 40 – Наталья Тимошенко

Воронов промолчал, но и так все было понятно. И вот теперь Яне стало по-настоящему страшно.

— А та девушка, Карина… – Никита кашлянул, чтобы прочистить горло, прежде чем продолжить. – Ее фотография у вас есть?

Воронов молча вытащил из папки старый, но уже цветной снимок, протянул Никите. Яна наконец отошла от шока и наклонилась к нему, чтобы тоже взглянуть на фотографию. Снимок был любительский, сделанный на обычный пленочный аппарат, которые как раз были в моде в конце девяностых. Когда-то в школе Яна недолго ходила на кружок по фотографии, поэтому поняла это сразу. Девушка на снимке весело улыбалась в камеру, держа в каждой руке по шампуру с шашлыком. На ней был ярко-синий спортивный костюм, светлые волосы завязаны в небрежный пучок, глаза слишком ярко накрашены для дружеского пикника.

— Зачем тебе ее фотка? – поинтересовался тем временем Лосев.

— Я просто подумал, что эта девушка может быть нашим призраком, – медленно произнес Никита. – Но нет, она на него не похожа.

— Призраком? – тоном, приглашающим к продолжению, спросил следователь.

— Никита и Яна считают, что та девушка, которая бросилась мне под колеса, на самом деле была призраком, – вместо Никиты ответил Лосев, а Яна бросила на него недовольный взгляд. Что значит «Никита и Яна считают»? А он, значит, считает по-другому?

— И я думал, что призрак и эта рука могут быть связаны, – продолжил Никита, никак не дав понять, что солидарен с мыслями Яны. – Они появились в одно время, едва ли это совпадение.

На лице Воронова отразились мучительные сомнения. С одной стороны, он видел уже многое, не мог отрицать существование потустороннего и присутствия его в делах, связанных с Яной, а с другой – все еще оставался рациональным следователем, рассматривающим в первую очередь приземленные версии. Никита тоже это понял, поэтому продолжил:

— Но призрак не похож на Карину Носову, так что этот вариант отпадает.

— А у вас есть фотка этого… призрака? – с заметным трудом произнеся последнее слово, спросил следователь.

Никита потянул ему телефон с фотороботом. Воронов долго разглядывал портрет, потом вздохнул.

— Никак не похожа, согласен.

— А убийство Карины было единственным? – вмешалась Яна. – Я хочу сказать, не мог ли это быть маньяк? Тогда Карина просто одна из жертв, а не единственная, и призрак может принадлежать другой девушке, погибшей от рук того же человека.

— Логично, молодец, – похвалил Воронов. – В этой папке нет упоминаний о том, что были другие жертвы, но это еще ничего не значит. Может быть, Носова была первой, и данные о других сюда не внесли. Двадцать три года назад единой электронной базы у нас еще не было, все на бумажках, не то, что сейчас: два раза мышкой кликнул и все общие дела нашел. Либо Кремнев просто не связал одинаковые убийства. Я не хочу сказать, что твой отец был плохим следователем, – поспешно заверил Воронов, бросив взгляд на Никиту, – но дела могли не передать одному следователю, всякое бывало.

— А что с самим убийцей? – не став ничего говорить на это, спросил Никита. – Что выяснила Лера в целом об этой руке? Маньяки ведь редко останавливаются по доброй воле, может быть, он просто погиб вскоре после убийства Носовой?

Следователь закрыл папку, взял со стола новый листок, очевидно, предварительное заключение судмедэксперта.