Книга Гадючий Яр, страница 96 – Наталья Тимошенко

Полина Андреевна выхватила у Яры из рук коробочку, будто та была гранатой.

— Ты же сказала, что не надевала браслет!

— Я не надевала, – повторила Яра.

Яра точно помнила, что видела змею еще до того, как надела браслет. Да и ни бабушкин, ни Каринин она не надевала. Очевидно, бабушка тоже подумала об этом, потому что сказала уже спокойнее:

— Хорошо. Видимо, прав был Николай: кровь не водица. Ты видишь, потому что его внучка. – Она мотнула головой, будто возвращаясь в реальность. – Я спрячу оба. Тебе незачем держать их у себя.

Полина Андреевна хотела выйти из гостиной, но Яра не собиралась оставаться без ответов. Только не сейчас. Все детство она молчала, принимала как данность то, что видит вещи, недоступные другим, и никому, по совету бабушки, об этом не говорила. Было время, когда Яра по-настоящему боялась, что сходит с ума, но в подкорке твердо сидела мысль, что об этом никому нельзя рассказывать. Она научилась игнорировать, научилась делать вид, что ничего не происходит. Но сейчас собиралась получить ответы.

— Ба, что происходит? – требовательно спросила она. – Почему я вижу браслеты иначе? И какое отношение к ним имеет Артур Казаков?

Бабушка остановилась на мгновение, но так и не повернулась к Яре. А в следующую секунду молча вышла в коридор. Яра догнала ее, схватила за плечо.

— Ба! Ответь мне!

Полина Андреевна наконец повернулась к внучке.

— Тебе не о чем беспокоиться, – твердо заявила она. – Я со всем разберусь.

— Ба!

— Ярослава, я же сказала! – бабушка произнесла это таким тоном, с которым Яра никогда не решалась спорить в детстве. Казалось, этого тона боялся даже дедушка. – Я со всем разберусь, – повторила она уже тише и мягче. – А ты иди спать. Или нет. Уснуть ты едва ли сможешь, займись лучше документами своего дедушки. Я дала их тебе несколько дней назад, а ты даже не раскрыла папки. Это будет всяко полезнее, чем требовать ответы у меня.

Бабушка сделала особый упор на слово «полезнее», и Яра не могла этого не заметить. Почему-то показалось, что она хочет не просто отвлечь внучку от неудобной темы. Есть что-то, чего бабушка не может сказать по той или иной причине. И Яра решила послушаться. В конце концов, это может быть на самом деле полезным: временно переключиться на другую тему, чтобы затем вернуться к старой и посмотреть на нее свежим взглядом. Яра часто так делала в работе. А уж бросать расследование сейчас, когда подобралась так близко, она не собиралась.

Расположившись за столом в своей комнате, Яра включила настольную лампу и разложила перед собой папки. Документов было очень много, и Яра с удовольствием погрузилась в мир цифр и договоров. Быстро разобравшись с доходами, Яра приступила к расходам и вскоре выяснила интересную деталь: на протяжении многих лет дедушка переводил деньги местному детскому дому. В этом не было бы ничего удивительного, Николай Васильевич часто так или иначе участвовал в благотворительности. Яра даже помнила диплом, который висел у него в кабинете. Но все это было разовыми акциями, а если верить документам, то в детский дом дедушка переводил деньги ежемесячно много лет.

Николай Васильевич Миронов был очень аккуратным, даже педантичным во всем, что касалось документов. Он не был жадным, никогда не ограничивал домочадцев в тратах, но при этом требовал, чтобы чеки на крупные покупки приносились домой. Складывал в отдельную папку, все они содержались в порядке. Яра всегда считала, что это профессиональная деформация, зато он четко знал, куда и на что уходят деньги не только дома, но и на работе. И благодаря этой его педантичности Яра выяснила, что переводить деньги детскому дому дедушка начал тридцать один год назад и закончил шестнадцать лет назад. Пятнадцать лет каждый месяц он помогал детскому дому, а затем перестал. Почему?