Книга Гадючий Яр, страница 14 – Наталья Тимошенко

— Она самая, – осторожно подтвердила она.

Девушка расплылась в улыбке.

— Меня Катя зовут, – представилась она. – Я тоже на журналиста учусь. Ваши статьи всегда читаю, очень горжусь, что мы с вами из одной деревни. Я Виктора Разумова дочка.

Яра наконец-то вспомнила. Виктор Павлович Разумов работал в их школе, преподавал одновременно математику, физику и информатику. Яра помнила даже его дочку, которая на тот момент была совсем крохотной. Кажется, ей было года два, когда Яра видела ее в последний раз перед тем, как уехала к маме в город. Надо же, уже на журналиста учится!

— Мама не хотела, чтобы я на журфак шла, – призналась Катя, все еще топчась у столика, – а папа мое решение поддержал. Вас в пример привел. Правда… – Девушка замялась и неловко улыбнулась, и Яра догадалась, что именно ее смутило.

— Мама ответила, что у моей семьи просто были средства устроить меня на хорошую работу?

Катя кивнула и покраснела.

— Могу вас заверить, что на работу я устроилась сама. И в университет поступила сама. Так что даже без денег вы сможете добиться успехов.

Катя расплылась в улыбке, а Яра предложила:

— Присядете? В кафе пока никого нет, можем поболтать.

Катя покраснела еще сильнее, но на краешек стула села, а Яра внезапно почувствовала себя чуть ли не местной звездой. Катя расспрашивала ее и об учебе, и о работе, делилась своими скромными успехами, а Яра поймала себя на мысли, что ей, вопреки ожиданиям, этот разговор не в тягость. Если получится вдохновить девочку, почему нет? Будет приятно сделать что-то хорошее в этой жизни, не одними же разоблачениями жить.

— А здесь ты что делаешь? – Яра обвела взглядом кафе. – На каникулах подрабатываешь?

Катя кивнула.

— Это мамино кафе. Она его открыла четыре года назад. Сначала дела шли не очень, но теперь не жалуемся. Народу в деревню много переехало, бывшегородским нравится, что у нас и кофе хороший, и выпечка всегда свежая. Сейчас утро, поэтому народу мало, а после обеда, бывает, и сесть негде, навынос берут. И так уж повелось, что в августе я тут работаю, мама с папой в отпуск уезжают. Выпечкой Галина Антоновна занимается, она когда-то в школе столовой заведовала, а теперь к нам перешла.

Галину Антоновну Яра помнила. Что-что, а столовая в их школе всегда была на высоте. Дедушка строго следил, чтобы работники не обворовывали школьников, не таскали домой сумки продуктов, да и директору нравилось получать районные награды.

— Мне остается только кофе варить да за залом следить, – закончила Катя.

— А с музыкантом чья идея? – Яра кивнула в сторону фортепиано.

Мужчина теперь играл что-то тихое и грустное, но не менее красивое. Катя тоже посмотрела в ту сторону, склонила голову набок, заслушавшись.

— Мама сначала фортепиано для антуража поставила. Это тоже наше школьное, в музыкальном зале стояло. А когда старую школу закрывали, многие вещи в новую не переносили, распродавали. Вот мама и купила. Оно у нас для красоты стояло, пока Артур Александрович не приехал. Мама рассказывала, что он зашел как-то к ней за кофе, увидел фортепиано, попросил разрешения поиграть. Мама удивилась, конечно, но как не разрешить? Докторов в деревне испокон веков уважают. Правда, оказалось, что фортепиано расстроено. Так он за свои деньги вызвал мастера из города, тот все настроил, и теперь доктор почти каждый день поиграть приходит. Честно говоря, – Катя понизила голос и наклонилась к Яре, – по вечерам у нас целые толпы собираются специально его послушать. Мама ему предлагала кофе в подарок наливать, но он отказывает каждый раз. Говорит, что ему приятно у нас играть и без бесплатного кофе, заплатить он в состоянии.