Книга Анна не верит в чудеса, страница 6 – Наталья Тимошенко

Первым порывом было не открывать. К ней никто никогда не приходил, наверняка нагрянули гости к кому-то из соседей, по еще одной русской традиции принеся с собой остатки прошлогодних салатов. Тем не менее она пошла к двери.

На пороге внезапно обнаружились старушки. Все пять. Одетые в длинные старомодные пальто и шляпки, без пошлой мишуры на шее, которой любят обмотаться те, кто внезапно приходит первого января, зато с большой коробкой в руках.

— Здравствуйте, Аннушка! – первой поздоровалась Марина Васильевна, обычно молчаливая, немного угрюмая женщина. Однако сегодня на ее лице сияла добродушная улыбка.

Анна понятия не имела, откуда у старушек ее адрес и зачем вообще они пришли. Тем не менее заставлять их стоять на пороге было невежливо, и она пригласила их внутрь. Женщины разделись, без суеты, но и без любопытных взглядов по сторонам прошли в ее комнату. Анна порадовалась привычке убирать вещи в шкаф и содержать жилье в чистоте. Почему-то сейчас ей казалось, что она не преподаватель, а школьница, к которой с неожиданным визитом нагрянули учителя.

Комната была крохотной, и, когда Анна принесла из кухни стулья, в ней совсем не осталось места. Старушки водрузили на стол коробку с тортом, Анна поставила чашки и кипящий чайник, разложила по тарелкам угощения, которые так кстати прислала мама и к которым Анна вчера не прикоснулась. Торт оказался огромным, с большими жирными розочками из масляного крема и, казалось, прибыл сюда прямо из восьмидесятых.

— Дамы, разве можно есть такие торты? – возмутилась Анна. – Зря, что ли, мы с вами говорим о диете?

Но старушки только рассмеялись, разрезая торт на огромные кусищи.

— В нашем возрасте, Аннушка, нужно делать только то, что хочется, – заявила в ответ Ангелина Викторовна, а Лилия Венедиктовна плюхнула Анне на тарелку самый большой кусок.

Старушки принялись уплетать сладости, запивая его горячущим чаем, дуя на рыжую жидкость и весело хохоча при этом. Анна долго с сомнением смотрела на жирные розочки, а потом аккуратно попробовала кусочек. И внезапно ей понравилось. Нет, на вкус торт был отвратительным, но вот это необыкновенное ощущение того, что она вечером ест то, что всю жизнь себе запрещала, было удивительно приятным, словно щекочущим внутри.

Старушки не подначивали ее, как и не рассматривали комнату, не удивлялись, что она живет в такой бедной обстановке. Анна перестала приглашать к себе друзей после того, как переехала сюда, отгородилась ото всех, стесняясь. Ведь раньше она жила пусть в небольшой студии, но светлой, уютной, с огромными окнами в пол и минимумом мебели, зато букетами цветов вокруг и милыми картинками пастельных оттенков на стенах. Однако после травмы и потери работы у нее больше не было денег платить за студию, и она переехала в эту комнату. Друзья первое время звонили, приглашали на встречу, хотели прийти сами, но Анна отказывала. Не хотела, чтобы ее видели такой, чтобы знали, где она теперь живет. И постепенно звонки и приглашения прекратились. Анна хотела лишь скрыть, кем стала, а в итоге потеряла друзей. И старушки были первыми, кто переступил порог ее комнаты с тех пор, как она в нее переехала. А главное, их совсем не смущало ее жилье. Они ведь не знали, где она жила раньше.

Чересчур сладкий торт подействовал на пожилых женщин не хуже алкоголя, а может, им просто нравилось собираться компанией, в которой они чувствовали себя свободно и в которую на один вечер взяли и Анну. Они весело смеялись, рассказывали бородатые анекдоты, хохотали еще громче, вспоминали разные случаи, происходившие с ними за долгую жизнь в новогоднюю ночь, пока вдруг Ангелина Викторовна блаженно не зажмурилась и не сказала: