Книга Анна не верит в чудеса, страница 14 – Наталья Тимошенко

Пока шли длинными темными коридорами, Наталья Семеновна повторила то, что Анна уже знала от Виолетты Петровны, добавив только несколько медицинских подробностей, в которых Анна все равно ничего не поняла.

Хмурый высокий врач без лишних вопросов пропустил их в реанимацию. По его обращению к Наталье Семеновне Анна сделала два вывода: во-первых, они когда-то работали вместе, во-вторых, Наталья Семеновна была в больнице на хорошем счету. Ее уважали коллеги и слушали молодые врачи.

Артем лежал в двухместном боксе, и Анна не сразу его узнала. Он был бледен и худ, или же таким его делали яркое реанимационное освещение и тонкая больничная простыня вместо бежевого пуховика. Голова его была перебинтована, но Анна отметила, что вроде бы ни к каким важным аппаратам жизнеобеспечения он не подключен. Трубки изо рта не торчали, капельницы к рукам не подходили. Мониторы вокруг его кровати горели зелеными цифрами, не пищали и не моргали.

— Он в коме? – уточнила она у врача, который вошел в бокс следом за ней и Натальей Семеновной.

Очевидно, врач и так уже нарушил правила, впустив их обеих, оставлять наедине с пациентом не планировал. Да Анне это было и не нужно, что она может сделать? Надеяться на то, что Артем, как Мертвая царевна, очнется от ее поцелуя, было бы глупо.

Анна вдруг почувствовала, как на щеках появился неуместный румянец. Откуда у нее вообще мысли о поцелуях?

— В коме, – подтвердил врач. – Его доставили к нам уже в ней, МРТ показало гематому в голове. Операция прошла успешно, кровь мы убрали. Он дышит сам, давление держит, но никак не очнется.

«Потому что застрял в автобусе», – мысленно сказала Анна, а вслух спросила:

— Что с ним случилось?

Врач пожал плечами.

— Скорее всего, возвращался домой через парк и наткнулся на какую-то шваль. Его сильно избили, сломано два ребра, левая рука, гематома, как я уже говорил. Очевидно, били ногами, по голове в том числе. При нем не было документов, полиция до сих пор не установила его личность. По правде говоря, Наталья Семеновна, – врач отвесил стоящей рядом женщине легкий поклон, – была первой, кто им поинтересовался. Мы даже не знаем, как его зовут.

— Артем, – сказала Анна, – его зовут Артем.

Врач ничего не ответил, но покосился на нее с небольшим недоверием. А Анна подошла ближе, аккуратно, запнувшись на мгновение, коснулась руки Артема. Его ладонь была прохладной и совершенно безжизненной. Но теперь Анна ее чувствовала. Провела кончиками пальцев по коже, коснулась того места на запястье, где билась тоненькая жилка. Если ей и мечталось, что Артем как-то отреагирует на ее присутствие, то мечтам этим не суждено было сбыться.

За то время, что Анна и Наталья Семеновна провели в реанимации, к больнице приехали и остальные старушки. Мороз к ночи ударил сильный, небо было безоблачным, а потому холодным, и все четыре дамы здорово замерзли, пока ждали. Благо прямо напротив больницы было кафе, которое еще работало в такой поздний час. Кафе работало, а вот посетителей уже не было, поэтому для шести продрогших женщин нашлось и уютное место у батареи, и чашки с горячим шоколадом.

Пока вводили в курс дела новоприбывших, успели выпить по чашке шоколада, но ловкая официантка тут же соблазнила всех на еще одну порцию, а к ней добавила великолепные кокосовые пирожные. Стружку из них потом придется долго выковыривать из зубов, а калорий наверняка столько, что Анне за неделю их не сжечь, но, господи, до чего же это было вкусно! Даже перспектива не пойми как добираться домой среди ночи и тот факт, что, каким образом помочь Артему, она тоже не знает, меркли рядом со вкусом этого божественного пирожного.