Книга Хранительница болот, страница 123 – Наталья Тимошенко

Остановить катастрофу в данном случае не представлялось возможным, поэтому уже утром следующего дня я отправилась в город на вокзал, чтобы встретить родственниц. Не рассчитала время и приехала сильно заранее, поэтому, купив в единственном открытом в это время суток кафе большой стакан латте, поудобнее устроилась в машине и достала телефон. Интернет здесь не летал, конечно, но был намного приличнее, чем у нас в усадьбе, а потому я решила поискать какие-нибудь сведения об Иване Коханском и его прадеде.

Несмотря на все, что произошло между мной и Иваном, я по-прежнему ему не доверяла. Он так и не показал мне дневник Яна, и мне казалось, ему было что скрывать. Он сказал, что Ян писал в дневнике, будто бы Николая нашли слишком поздно, тот был уже мертв. А я в своем сне видела иначе. Леона и Элена нашли Николая живым, и даже если после происшествия кто-то от него все же избавился, то они видели его живым, видели, что с ним стало! А значит, кто-то соврал: Леона Яну, Ян своему дневнику или же Иван мне. И если Леону и Яна я спросить уже не могла, то Ивана собиралась проверить.

Ни в одной из соцсетей Ивана не было. Людей с таким именем и фамилией вообще находилось немного, а потому я быстро проверила каждого, и никто не походил на моего соседа. Если и не было фотографий в профиле, то были друзья, и ни один из них не жил в этой местности. Если Иван на самом деле айтишник, то найти место его работы я не смогу, ведь он может вообще работать удаленно на другую страну, да и списки сотрудников такие фирмы в общий доступ не вывешивают, а если он врач, то могу попытаться.

Как выяснилось, всего в Беларуси четыре медицинских университета, и ни один из них в последние пятнадцать лет никто с именем Иван Коханский не заканчивал. Кроме того, я методично просмотрела сайты всех местных медицинских учреждений, благо списки врачей есть как в государственных, так и в частных клиниках, но такого врача и там не числилось.

Бросив телефон на пассажирское сиденье, я залпом допила холодный уже латте и уставилась в лобовое стекло. К вокзалу спешили люди, скоро должен прибыть поезд, и потому каждый торопился успеть купить билет или затащить тяжелый чемодан на перрон. На меня никто не обращал внимания.

Кто же ты такой, таинственный Иван Коханский? Почему тебя нигде нет?

Нет, я вполне допускала, что могла просто не найти его, те же университеты не каждый год выкладывали списки выпускников, да и на сайте больницы вполне могло не быть какого-то врача. Или же я вообще ошиблась, и Иван все-таки не врач? Зачем бы ему было врать о профессии?

А может, у него фамилия вовсе не Коханский. Это у нас много поколений рождались одни мальчики, у него могло быть по-другому. У Яна ли родилась дочь или у кого-то позже, но фамилия Ивану могла достаться другая. Правда, в таком случае это тупик.

Тем не менее перестать думать об Иване с того вечера я не могла. Как глупая школьница, вспоминала легкий его поцелуй, порой ловя себя на том, что касаюсь губ кончиками пальцев. Вместе с этим во мне будто бы шевелились неясные воспоминания Леоны о ее Яне. Я не могла вспомнить какой-то конкретный момент, все это было на уровне ощущений: прикосновение рук, взгляды, посланные друг другу улыбки и букеты полевых цветов. Я чувствовала, что влюбляюсь, но не могла понять: в Ивана или Яна.