Книга Невеста Смерти, страница 73 – Лена Обухова

— Точно такая же шкатулка есть у нас дома, — объяснила я, посмотрев на него исподлобья. — Я была уверена, что это она. И очень испугалась, что с отцом что-то случилось. Я ничего не слышала о нем уже больше двух недель.

— Он не пишет тебе?

Кажется, Форта это удивило. А я лишь снова пожала плечами и отрицательно мотнула головой. Мой отец — человек занятой. Я и не ждала от него писем каждую неделю.

Форт встал, подошел к столу с предметами, взял с него шкатулку и вернулся обратно. Он поставил ее на стол передо мной и откинул крышку.

— Видишь эту печать на дне?

Я наклонилась и присмотрелась. На дне шкатулки действительно был выведен круг с несколькими многоугольниками, вписанными в него. Они делили его на множество секций, в каждой из которых помещалось слово на языке Богов. Шрифт был очень мелким, надписи наверняка делали под лупой. Да и такие сложные печати мы еще не проходили, поэтому я подняла на Форта вопросительный взгляд.

— Это символ перемещения, — объяснил он. — Такие шкатулки — абсолютные близнецы с символом перемещения на дне — используются для быстрого обмена почтой. У моих родителей были такие. Отец, как ты понимаешь, не мог постоянно к нам приходить, но его всегда заботило наше с мамой благополучие. Они обменивались письмами каждый день. Иногда дважды — утром и вечером. Она писала письмо, клала его в шкатулку, закрывала ее и письмо мгновенно перемещалось в его шкатулку. Аналогичным способом он передавал ей деньги и мелкие подарки. Быстро, удобно… А главное, канцелярия жреца была не в курсе.

Теперь мне стало понятно, почему его удивило, что отец не писал мне уже больше двух недель. А мне стало немного обидно. Впрочем, я и сама написала за это время лишь одно письмо Розе. Отцу писала лишь с просьбой о деньгах.

— Эта шкатулка, — он закрыл крышку и мягко похлопал по ней ладонью, — принадлежала кому-то из коллег прежнего шеда Фолкнора. Я имею в виду, какому-то другому верховному жрецу Некроса. Он давно умер, как ты понимаешь по состоянию его духа. Полагаю, он не оставил наследников, и его имущество было распродано. Видимо, отец Торрена и Ронана Фолкноров купил себе несколько вещей на память о друге. В том числе и эту шкатулку, хоть она и не имела пары.

Он выразительно посмотрел на меня, а я почувствовала, как сердце вновь ускоряет ход, и мне становится жарко, несмотря на то, что в классе, как и в других помещениях замка, было довольно прохладно.

— Вторая шкатулка у моего отца, — пробормотала я. — Мой отец имел какие-то отношения с верховным жрецом Некроса? Какие у него могли быть дела с ним?

— Кто знает? — Форт пожал плечами. — Но, по всей видимости, дела эти они скрывали от своих канцелярий. Возможно, вели какие-то тайные переговоры. Но, вероятно, они ничем не кончились.

— Почему?

— Печать деактивирована, то есть связь была прервана. Теперь это просто красивая шкатулка, как и та, что лежит у твоего отца.

Он помолчал, задумавшись, и, понизив голос, поинтересовался:

— У твоего отца нет сестры?

— Нет, у него брат. А что?

— Просто предположил, что речь могла идти и сватовстве, — пожал плечами Форт. — Для южных жрецов породниться с северными довольно выгодно. Полагаю, ты это и без меня знаешь, — он неловко улыбнулся и неопределенно махнул рукой, очевидно, имея в виду мою помолвку.