Книга Невеста Смерти, страница 121 – Лена Обухова

Рядом с Фолкнором этим утром мне было тепло и спокойно. Я даже поймала себя на мысли, что не откажусь просыпаться так всегда. Было в этом что-то… правильное. Я не знала, как это объяснить или описать, но чувствовала это сердцем.

Когда я попыталась пошевелиться, руки Фолкнора инстинктивно сжались, как будто он боялся выпустить меня, после чего глаза открылись, он глубоко вдохнул — это действие все еще сопровождалась пугающим хрипом — и посмотрел на меня.

— Доброе утро, Нея, — с улыбкой поприветствовал он.

И я не удержалась от ответной улыбки. Тем более сегодня утро начиналось с редкого в этих землях солнца, и его лучи падали мне на лицо. Как будто даже природа хотела дать нам небольшую передышку, просвет в постоянной тьме сомнений и угроз.

— Доброе утро, шед.

— Может быть, мы сойдемся хотя бы на «Торрен»? — с демонстративным вздохом предложил он. — Ты, между прочим, провела ночь в моей постели. Что там постели? Ты провела ее в моих объятиях. Мне кажется, это должно было нас хоть немного сблизить?

Только сейчас я заметила, что он перешел со мной на «ты», хотя я смутно помнила, что ночью он уже обращался ко мне так. Наверное, мне действительно пора было начать называть его по имени, но я не успела попробовать.

За моей спиной скрипнула дверь, я услышала шуршание одежды, звук шагов и отчаянно пожелала исчезнуть отсюда. Потому что одно дело нарушать приличия, когда никто не видит, и другое дело быть обнаруженной утром в постели своего пока еще жениха, а не мужа. Я резко перестала улыбаться, и попыталась сжаться в незаметный комок.

Фолкнор успокаивающе погладил меня по плечу, подбадривая взглядом. Потом он перевел его на вошедшего.

— Доброе утро, мама, — невозмутимо поздоровался он.

Я пожалела, что не знаю никаких ругательств. Сейчас бы они мне пригодились, потому что меньше всего мне хотелось встретиться здесь лицом к лицу с госпожой Фолкнор.

— Так вот она где, — холодно процедила та, игнорируя его приветствие. — А мы уж решили, что она все-таки сбежала.

Мне вдруг стало горько. Почему она не могла прийти хотя бы на четверть часа позже? Я могла бы еще какое-то время наслаждаться этим утром и такой редкой улыбкой жениха. А сейчас он узнает, что я собиралась сбежать, и этой непривычной, но такой приятной близости между нами снова не станет.

Госпожа Фолкнор тем временем прошла по комнате и встала так, что теперь я ее тоже видела. Лежать в объятиях ее сына под этим холодным, колючим взглядом я уже не могла, поэтому села, чувствуя на себе и удивленный взгляд Фолкнора.

— Что значит — все-таки? — поинтересовался он.

Я не нашла в себе сил посмотреть на него, лишь разглядывала собственные руки, низко опустив голову.

— Твоя невеста накануне пыталась спешно покинуть замок, — с удовольствием пояснила госпожа Фолкнор. — Мы нашли собранный чемодан и саквояж. Да и сама она была одета для путешествия. Полагаю, она хотела сбежать, пока ее не обвинили в твоем убийстве.

После этих слов я не выдержала и вскинула на нее одновременно удивленный, возмущенный и испуганный взгляд.

— Что за ерунда? — Фолкнор нахмурился, переводя взгляд с меня на мать и обратно. — О чем ты говоришь?

— О том, что накануне ночью я поймала ее рядом с твоей лабораторией, — ответила госпожа Фолкнор, ядовито улыбаясь. — Думаю, это она подменила порошки, чтобы извести тебя. А потом сбежать.