Книга Ловушка сбывшихся кошмаров, страница 46 – Наталья Тимошенко, Лена Обухова

Конечно, она знала, чем это закончится. Верхов не скрывал, для чего ему все эти файлы. И Саша, отдавая их ему, прекрасно понимала, что делает.

Могла ли она тогда, неделю назад, отказаться?

От таких предложений не отказываются.

И вот теперь выяснилось, что все было зря. Ей бы заранее догадаться, ведь ЗАО уничтожили не только Ваня и Нев. Нев всего лишь открыл им доступ к офису ЗАО, Ваня всего лишь обчистил их счета. Войтех — вот кто был и зачинщиком, и исполнителем. Войтех уничтожил ЗАО, взорвал главную лабораторию, украл деньги у Верхова. Так с чего бы Верхову ему помогать?

Саша прижала ладони к закрытым векам, надавила так, что перед глазами появились радужные круги.

Какая же она идиотка!

Опустила руки, открыла слезящиеся глаза, мельком взглянула в зеркало заднего вида и обомлела: на заднем сиденье кто-то был. Над городом начали сгущаться легкие летние сумерки, машину она припарковала между двух рядом стоящих зданий, тонированные стекла не пропускали много света в салон, поэтому разглядеть лицо сидящего она не смогла, увидела лишь очертания фигуры. Несколько мгновений понадобилось ей, чтобы снова заставить себя взглянуть в зеркало, но фигура к тому времени уже исчезла. Саша обернулась, включила свет в салоне, убеждаясь, что в машине она одна.

Что это, черт возьми, такое?! Что за фигура ей постоянно мерещится?

Точно ли Нину убил Нев? Может быть, они все-таки ошиблись, и это какое-то существо, какой-то мелкий демон? И теперь он пришел за ней?

Только если уж ни о чем не сказала Ване утром, то и теперь не скажет. Просто некому больше. Никогда у Саши не хватит совести позвонить Дементьеву или Лиле и попросить о помощи после всего, что она сделала. Теперь она сама по себе.

Саша завела двигатель и медленно выехала с парковки. Дорога оказалась довольно пустой, до клиники она доехала гораздо быстрее, чем рассчитывала. Ее пропустили, конечно. Как и всегда.

Войтех все так же спал в одноместной, уютной, но больничной палате. Саша не приносила ему цветы, не украшала помещение шариками или мягкими игрушками, понимая, что ее помощь должна заключаться не в этом. Она делала, что могла, но оказалось, этого недостаточно.

Придвинула к кровати стул, обхватила ладонь Войтеха двумя руками и прижалась к его пальцам лбом. Она уже очень давно не плакала, но сейчас слезы невольно потекли по щекам, скатываясь по его коже и исчезая в ткани простыни.

— Прости, — прошептала она. — Прости, Теша. Я такого натворила… Ребята теперь меня ненавидят. Я сама себя ненавижу. Я всех предала. И тебя тоже, потому что… все было зря. И я не знаю, я больше не знаю, что мне делать.

Конечно, он не ответил. И не пошевелил пальцем, как могло бы произойти в романтическом фильме. Он продолжал спать и даже не догадывался, как все плохо оборачивается в этом мире.

Саша подняла голову, сквозь застилающие глаза слезы посмотрела на его лицо. За это время он похудел еще недостаточно, чтобы стать непохожим на себя, только отросшие волосы и легкая небритость на лице — когда она в последний раз его брила? — давали понять, что с ним что-то не так.

— Я люблю тебя. Если бы ты только знал, как сильно я тебя люблю.

Слова повисли в воздухе, который внезапно стал вязким, как расплавленный мед.

Что-то было не так.