Книга Избранница, страница 77 – Наталья Тимошенко, Лена Обухова

Первым ее порывом было выкинуть карточку вместе с цветами, но уже через секунду она передумала. Она не знала, по какой причине Бальтазар проявлял к ней интерес, но, возможно, ей удастся воспользоваться этим и узнать у него что-то о той самой интересующей ее части конкурса. Может быть, и нет в ней ничего ужасного?

Посмотрев в окно, Марта обнаружила, что солнце уже почти село, а это означало, что на принятие решения у нее оставалось не так много времени. Или, скорее, на сборы, потому что решение она уже приняла. Оставалось его воплотить, только Марта точно не знала как. Если бы она шла на встречу с обычным мужчиной, уместно было бы, наверное, надеть что-то более привлекательное, чем ее обычный «рабочий» наряд. Однако едва ли это могло сработать с вампиром. Марта помнила, как те комментировали первые выступления конкурсанток. Красота женского тела уже не была им так интересна, как при жизни. Да она и не могла похвастаться какой-то особенной красотой. Ее всегда больше интересовали сила, выносливость, ловкость и быстрота тела, чем его привлекательность. Да и уж если на то пошло, у нее с собой не имелось никакой «привлекательной» одежды.

В итоге Марта ограничилась быстрым приемом душа и сменой одежды с той, в которой она проходила последние пару дней, на новую, но такую же: удобные джинсы, не сковывающие движения, и футболку с длинным рукавом. После заката становилось довольно прохладно.

Когда она явилась на оговоренное в записке место, солнце уже окончательно село и Бальтазар ждал ее, медленно прогуливаясь по ухоженным дорожкам парка. Заметив ее, он остановился и улыбнулся, да так, что Марта против собственной воли затаила дыхание.

— Я очень рад, что ты пришла, – тихо поприветствовал он, когда Марта подошла ближе. – Думал, ты откажешься.

— Почему?

— Ну, после того, как ты видела наше истинное лицо… – Бальтазар неопределенно махнул рукой. – Ты ведь и до этого не питала доверия к нашему виду.

— Я и сейчас его не питаю, – не стала врать Марта. – Но пока ты вел себя довольно откровенно, что мне нравится. В людях. В вампирах, видимо, тоже. Хотя мне и непонятен твой интерес к моей скромной персоне. Как вообще непонятно влечение вампира к человеку, из-за которого случился весь этот конкурс.

— Почему нет? – Бальтазар пожал плечами. – Я же говорил, мы испытываем сентиментальную тоску по всему, что было в нашей жизни до обращения. В том числе, по романтике. Отношениям. Дружбе, в конце концов.

— Разве можно дружить с едой? – не удержалась от укола Марта.

— Вы же заводите домашних животных, – с легкостью парировал Бальтазар, ничуть не обидевшись. – А ведь формально животные для вас – тоже еда. Но только не те милые собачки и кошечки, которых люди часто считают членом семьи.

— То есть я для тебя вроде милой собачки? – она беззлобно усмехнулась.

Бальтазар рассмеялся, и Марта снова не удержалась от мысли о том, какой у него красивый смех. Его гипнотическое влияние уже не раздражало ее так, как раньше.

— Возможно, что-то в этом роде. Тебя это обижает?

— Совсем нет, – Марта махнула рукой. – Это хоть что-то объясняет.

Они немного прошлись в молчании. Марта не знала, как поизящнее перейти на тему конкурса, она вообще была не сильна в ненавязчивых расспросах, предпочитая обычно задавать вопрос прямо, но Бальтазар сам помог ей, неожиданно заметив: