Книга Избранница, страница 111 – Наталья Тимошенко, Лена Обухова

Марта осталась наедине с незнакомцем, зажимая рукой рану на плече, из которой быстро сочилась кровь. Еще до того, как она успела произнести хоть одно слово, незнакомец уже почувствовал пьянящий запах ее крови: терпкий, чуть солоноватый, он тонкой струей исходил от нее, подплывал к нему и укутывал с ног до головы. Голод внутри него, как дикое животное на цепи, тут же поднял голову и заскрежетал зубами. Пальцы сами собой сжались в кулаки, ногти впились в ладонь, но боль не причиняли. Уже ничто не могло сделать ему больно, когда здесь была она. Ему потребовалось все его самообладание, чтобы не броситься на нее сразу, не разорвать глотку зубами, впиваясь в бьющуюся в предсмертной истерике артерию.

Он медленно обернулся, садясь, и на его лице появилась жадная ухмылка, лишь отдаленно напоминающая привычную улыбку Михала Забранского.

— Боже мой, – простонал он, и голос определенно принадлежал именно Забранскому. – Опять ты… в этих узких джинсах.

— Михал? – ахнула Марта, пытаясь вжаться в стену. Она никак не ожидала увидеть тут его. Внутри что-то оборвалось, когда она его узнала. – Господи, лучше бы ты и вправду сбежал. Что он с тобой сделал?

Она и так видела, что именно. Ей просто нужно было выиграть немного времени, чтобы дотянуться до маленького ножа, прикрепленного к щиколотке под джинсами. Однако Михал оказался рядом с ней так быстро, что она не успела даже заметить, когда он поднялся на ноги. С силой впечатав ее в стену, он спрятал лицо в ее волосах и шумно втянул носом их аромат. Они по-прежнему пахли лимоном и мятой, но этот запах теперь словно застревал где-то на полпути, не доходя до его мозга. Другой, куда более сильный и приятный аромат щекотал ему ноздри, заставляя Голод бесноваться внутри, требуя свою долю. Михал чуть повернул голову, чтобы понять, откуда именно струится запах крови, но она вся словно пульсировала им.

— Зачем ты пришла? – прорычал он, по-прежнему сжимая ее плечи и из последних сил сдерживая Голод.

— Пыталась остановить их, – призналась Марта, замирая от его прикосновения, его близости. На какое-то мгновение у нее появилась надежда, что первый укус – инициация – выработал в нем нечто вроде иммунитета. Ведь он боролся сейчас. – Михал, пожалуйста… – прошептала она, хотя сама не знала, о чем просит.

Он, казалось, уже не услышал ни ее ответ, ни ее просьбу. Наконец сообразив, откуда исходит аромат крови, он разжал пальцы, которыми сжимал ее раненое плечо, и поднес ладонь к глазам, разглядывая темные следы на ней. От этого вида моментально закружилась голова, а глаза застлала кровавая пелена. Голод становился все невыносимее, и у него совсем не осталось сил сопротивляться ему. Уже не понимая, что делает, Михал наклонился ближе к ее плечу, коснувшись губами пропитавшейся кровью одежды.

— Нет!

Марта изловчилась и отпихнула его ногой. Михал явно не ожидал этого маневра, поэтому ей достаточно легко удалось повалить его на пол. Все-таки он пока оставался человеком, пусть и не совсем обычным. Он еще не стал вампиром. Марта быстро присела и выхватила нож. Выставив его перед собой, она заняла боевую стойку. Она все еще могла убить его. Пока что он оставался смертен, как и любой человек.

Так же быстро, как и несколькими минутами раньше, Михал поднялся на ноги и со злорадной усмешкой посмотрел на нее и на нож в ее руке.