Книга Академия Горгулий. Тайна ректора, страница 87 – Лена Обухова

Ладонями стирая с лица воду, Блор растерянно смотрела то на него, то на бурный поток.

— О чем ты говоришь?

— О том, что каждый раз, когда на нас нападали, мы использовали магию, долгое время находясь на одном месте.

Объясняя, он попутно схватил ее за руку и потянул прочь от реки. Блор все еще выглядела сбитой с толку, но все же зашагала рядом, не сопротивляясь и не пытаясь его остановить.

— Во время ночных привалов мы использовали магию, расставляя шатры, разводя костер и готовя ужин. В лесу мы постоянно использовали ориентировочные чары — так и выдали не только свое местоположение, но и направление, которого придерживались. И в итоге угодили в ловушку. И сейчас мы топтались на берегу, перекидывая и закрепляя веревки, отрабатывая заклятие силового поля…

— И давно ты это понял? — в голосе Блор послышались возмущенные нотки.

— Только что, — признался Колт. — И даже не уверен, что прав, но рисковать не хочу. Нас осталось двое. Слишком мало для эффективного сопротивления.

— И какой у тебя план?

— Уйти подальше от реки и места, где я тебя лечил. Найдем укрытие или поставим шатер, разведем огонь — только без магии, — тогда просушимся и согреемся. Отдохнем и… подумаем.

— Мне холодно, — призналась Блор. И голос ее действительно срывался как у сильно дрожащего человека.

— Знаю. Мне тоже. Потерпи немного. Ты ведь дракон. Огонь у тебя в крови.

— А как ты собираешься поставить шатер и развести костер без магии?

— Придумаю что-нибудь.

— Где-то поблизости должна быть деревня, — припомнила Блор, вглядываясь вперед. — На схеме у Рабана была деревня. Если там жили люди без магии, могли остаться… Чем там обычные люди зажигают огонь?

— Спичками. Да, это было бы неплохо. Идем быстрее…

Он крепче сжал ее ладонь, увлекая за собой. О том, что от деревни, изображенной на схеме Рабана, они теперь очень далеко, говорить не стал. Не хотел расстраивать.

* * *

Им повезло, и вскоре они все же вышли к заброшенным домам. К тому моменту у обоих пальцы рук гнулись уже с трудом, да и в целом тела едва ощущались. Разбираться долго не стали, вошли в первый попавшийся дом, выглядевший достаточно прилично. Все были одинаково пусты, а двери — не заперты.

Когда вошли в общую комнату, Блор на несколько мгновений застыла, скользя взглядом по обеденному столу, на котором так и осталась стоять посуда с последней семейной трапезы, кем-то бесцеремонно прерванной. Все давно высохло и покрылось слоем пыли, но еще можно было понять, где сидел глава семьи, где — его жена, а где — трое детей. Стул во главе стола был опрокинут: отец вскочил с места очень быстро, резко. Другие стулья были едва сдвинуты и немного развернуты.

Ничего не говорило о том, что именно здесь когда-то произошло. Не было следов борьбы, дом никто не грабил и даже не обыскивал: все осталось на своих местах. Но с того дня здесь никто не жил, никто даже не пришел прибраться.

Зато в поленнице лежали дрова, а на камине — спички, в подсвечниках стояли не до конца оплывшие свечи.

— Я разведу огонь, а ты поищи какие-нибудь одеяла или одежду, — велел Колт, сбрасывая оцепенение с себя и пытаясь вырвать из него Блор. — Нам нужно во что-то переодеться или хотя бы завернуться. Надеюсь, в моем мешке есть еда.

Еда в мешке оказалась, равно как и парочка одеял, не промокших благодаря защитной магии, поэтому найденное в доме они предпочли постелить на полу у камина. В мешке Колт нашел также небольшую бутылочку с крепкой настойкой. Было это частью пайка или личной заначкой кого-то из погибших стражей, знать он не мог, но самому наличию обрадовался. Несколько глотков моментально согрели изнутри. Блор настойкой тоже пренебрегать не стала.