Книга Академия Горгулий. Тайна ректора, страница 65 – Лена Обухова

— Откуда у вас это?

— Нашла в кабинете, который вы мне отвели. Карта лежала между страницами одной из книг. Не знаю, для чего Рабан ее нарисовал, но нам пригодится.

Колт только покачал головой, сложил лист и вернул его собеседнице.

— Вы понимаете, насколько самоубийственно намерение зайти в мертвые земли так далеко? Даже если предположить, что мы сможем ориентироваться по этой… схеме и не заблудимся. Там шатаются мертвецы, потерявшие связь с некромантами. Там обитают твари, призванные из-за порога. Вы не видели всего этого ужаса, потому что во время войны были еще ребенком, но поверьте мне на слово: это очень опасно.

— Поэтому вы и идете с нами. Вы видели войну собственными глазами, знаете не только как справляться с мертвецами, но и к каким уловкам прибегали некроманты. Вы будете полезны.

— Без магии? — усмехнулся Колт, складывая руки на груди. — Без возможности обернуться? Нет уж, увольте. Я не пойду туда. Лучше пусть меня казнят. Это не так страшно, как то, с чем мы можем столкнуться.

— Вы разочаровываете меня, — нахмурилась Блор. — Я была уверена, что ваша воля к жизни сильнее. Разве вы не хотите получить шанс снова увидеть дочь?

— Я очень хотел бы не только снова увидеть Нику, но и как можно дольше прожить рядом с ней, — признал он. — Но я не сторонник подобных авантюр. Думаете, я не понимаю, зачем совет вас туда посылает? Их интересует не болезнь. И не лекарство. Их интересует способ сломать печать, который Патрик предположительно нашел где-то там. Они хотят вернуть себе способность к обороту, чтобы стать сильнее Ламберта. Иначе он будет делать то, что захочет, а они этого не терпят. Разве не так?

Блор не отвела взгляд, когда он пытливо уставился на нее. И через несколько секунд ему самому захотелось отвернуться, но Колт не смог. Это было похоже на наваждение, на незнакомую магию.

Когда и почему расстояние между ними сократилось, Колт так и не понял. Это он к ней подошел или она к нему? И имеет ли это значение, когда ее грудь почти касается его скрещенных рук, когда нужно всего лишь одно движение, чтобы сгрести ее в охапку, а потом повалить на кровать.

Но откуда взялась эта мысль и само желание?

— Может, вы и правы, — наконец нарушила повисшую тишину Блор, разрушая вместе с тем и магию момента. — Но подумайте вот о чем. Ламберт тоже научился оборачиваться. И как я понимаю, регулярно летал в мертвые земли. А теперь ведет себя совершенно неадекватно. Вы, вероятно, не заметили, но я обратила внимание на его потемневшие ногти. И на то, что он вдруг начал носить свитер с высоким горлом, вероятно, пряча потемневшие вены. Он заразился, Колт. И вы почти стали первой жертвой того, что теперь управляет им. Подумайте о своей дочери. О бывшей жене. О той угрозе, которую Ламберт теперь представляет для них и для всех обитателей вашей академии. Для всего Содружества. Убить его будет сложнее, чем Патрика. И это разобьет Нике сердце. Так не стоит ли все-таки попытаться найти способ вылечить его?

Колту хотелось бы сказать, что она лжет, но он знал, что это не так. В глубине души он понял, что происходит с Ламбертом, в тот момент, как дракон пригрозил сжечь академию и обернулся на глазах у всех. Просто Колт не хотел признавать страшную истину, пока Блор не проговорила все вслух.