Книга Академия Горгулий. Тайна ректора, страница 57 – Лена Обухова

— Он попросил вас убить себя? — Блор снова недоверчиво прищурилась. — Почему?

— Думаю, вы знаете, что Патрик умел обращаться?

— Совет давно подозревал это, — уклончиво ответила она. — Ходили слухи и про вас, и про него. Но вы оба хорошо хранили свою тайну, не давали никому убедиться.

— Так вот это была не единственная тайна Патрика Рабана. Он не только вернул оборот себе, но и сделал все, чтобы его сын тоже сумел оборачиваться. Только не успел довести дело до конца.

Блор, явно заинтригованная, шагнула к нему в нетерпении.

— То есть Патрик Рабан раскрыл тайну потери оборота?

— Отчасти. Он понял, что лишает нас этой возможности.

— И что же?

— Печать. — Колт выразительно коснулся пальцами свободной руки основания шеи. — Раньше у нас ее не было. А когда она появилась, мы перестали быть оборотнями. И если печать сломать, оборот возвращается. Это произошло со мной. Я попал на изнанку мира, где магия очень слаба, и какое-то время провел там, восстанавливаясь после ранения. И потом регулярно возвращался в тот мир…

Он неловко осекся, и Блор торопливо закончила вместо него:

— Из-за любовной связи с матерью Ники, я в курсе. Дальше?

— Вероятно, именно тогда действие печати ослабло. И когда я оказался на краю гибели, в безвыходном положении, инстинкт и жажда жизни сумели сломать печать. Можете посмотреть.

Он наклонил голову и отвел волосы, давая ей возможность увидеть то, что обычно скрывал от посторонних глаз. Блор подошла еще ближе. Теперь он мог чувствовать тонкий запах ее духов. И даже в такой ситуации не мог не отметить, что этот запах ему очень приятен.

— И Рабан нашел способ сделать это, не посещая изнанки мира и не попадая в смертельную опасность? — уточнила Блор, снова отходя на пару шагов. Насмотрелась.

— Подробностей не знаю, — признался Колт, поднимая голову. — Чтобы вернуть оборот себе, он отправился на изнанку мира и довольно долго пробыл там. А вот его сын до первого превращения не был там никогда. Однако Патрик упоминал, что нашел способ сломать его печать. Потом намеренно затормозил процесс, когда понял, что болен. Боялся, что болезнь перекинется на Ламберта.

— Что за болезнь?

— Не знаю. Патрик и сам не знал. Он лишь понимал, что нечто завладело его телом и пыталось подчинить разум. Патрик считал, что заразился в мертвых землях. Он летал туда драконом, забирался очень далеко, все чего-то искал, исследовал… Вероятно, действительно подцепил что-то. Он пытался бороться, но болезнь меняла его. Превращала в угрозу для окружающих. Не сумев найти способ избавиться от нее, он попросил его убить. Потому что боялся причинить вред Ламберту и другим.

— Оно меняло его… — задумчиво повторила Блор. — Оно делало его агрессивным?

— В том числе.

— И вы так сразу поверили в эту болезнь? И выполнили просьбу?

— Он показал мне. Болезнь имела внешние проявления: его вены чернели, тьма уже была видна и в глазах. Да и изменения в поведении были заметны. Даже в тот день, когда все случилось… В его теле словно жили двое, контроль перехватывал то один, то другой. Поэтому Патрик не мог убить себя сам: то, что им завладело, не давало. И оно убило бы меня тогда, но Патрик дал мне время нанести удар первым. Единственное, что я смог сделать для него, — это убить быстро и безболезненно.