Книга Академия Горгулий. Тайна ректора, страница 44 – Лена Обухова

Вариантов оставалось немного. Улететь — невозможно, ему не оторваться от дракона, да и замком рисковать не хотелось. Ламберт ведь мог и выполнить угрозу, он словно обезумел. Надежды на то, что вскоре придет в себя, тоже не было. Оставалась вероятность, что оборотная форма и много огня истощат его силы, и он будет вынужден вернуться в человеческий облик, но Колт и сам мог не продержаться так долго. Но собирался попытаться.

Однако все решилось быстрее. Ламберт все же поймал его на неудачном вираже и зацепил огнем, то ли случайно, то ли нарочно использовав ту же самую тактику, какой пытался придерживаться Колт поначалу: сжег ему часть левого крыла.

Боль была такой резкой и такой сильной, что в глазах потемнело. Кажется, даже сознание ненадолго отключилось, а когда ощущение реальности вернулось, Колт понял, что уже лежит на земле в человеческом обличии. Все тело болело от удара, а левый бок словно по-прежнему жгло огнем.

Он смог оттолкнуться правой рукой от земли и с трудом сесть. Посмотрел в небо. Дракон как раз сделал разворот и снова направился к нему. Ламберт не собирался останавливаться, и его намерения были ясны.

В ушах звенело, сердце ухало в груди, и Колт не чувствовал в себе сил даже для того, чтобы шевельнуться, не говоря уже о выставлении щита. Да и какой смысл? Он всегда знал, что этот день придет, просто не думал, что все будет так.

На Замок Горгулий смотреть не стал. Не хотел знать, где сейчас Ника и Мелисса, видят ли они со стены, что происходит. Лучше бы нет, но, скорее всего, да. Глядя на приближающегося дракона, он пожалел лишь о том, что не обнял Нику, как хотел, прежде чем выйти из кабинета.

Дракон разинул пасть и выпустил струю огня. Колт закрыл глаза.

Мелиса знала Колта лишь треть своей жизни, но последние годы он занимал в ней так много места, что ей стало казаться, будто он был всегда. Почему-то она думала, что он и будет всегда, неважно в каком качестве. Поэтому утренние события не укладывались у нее в голове.

Все случилось очень быстро. От спокойного обсуждения до трагичного исхода смертельного поединка прошло всего несколько минут. И даже когда голоса мужчин зазвучали громче и стало понятно, что разговор у них совсем не мирный и едва ли завершится чем-то конструктивным, никто и предположить не мог, что произойдет дальше.

Конечно, Мелиса отчасти понимала чувства Ламберта, ведь сама прошла через подобное. Поэтому не особо верила, что у этой истории возможен хороший конец. Но под концом печальным она подразумевала расставание молодых влюбленных и разрыв помолвки. Предполагала также, что Ламберт наложит на Колта наказание, подобное тому, которому подвергся сам: ограничение магии, преодолеваемое только через боль.

Но Мелиса и подумать не могла, что дело кончится смертельным поединком, оборотом обоих противников на глазах у изумленной публики и гибелью Колта. Она знала Ламберта много лет и всегда симпатизировала ему, это поведение просто не укладывалось в ее представления о нем. Как бы ни был он зол, какую бы боль ни испытывал от открывшейся правды, Мелиса до последнего не верила, что он способен убить отца возлюбленной.

Когда все завертелось и накалилось до предела, она решила, что Ламберт просто пугает их всех. Что в последний момент он отвернет или прекратит атаку. Может быть, ударит огненной струей рядом с Колтом, вымещая собственный гнев. Но этого не произошло.