Книга Академия Горгулий. Тайна ректора, страница 129 – Лена Обухова

— Да нет, — Мелиса неловко улыбнулась. — Ничего не случилось. Просто… Энгарда оправдали, Ламберт снова в себе, Ника определилась с датой свадьбы, а я вдруг поняла, что так и не поблагодарила тебя толком за то, что ты помог нам.

— Рад за вас всех, — без особого чувства отозвался Брент. — И не за что. Я сделал то, что считал правильным. И сделал это не ради благодарности. Уезжаю я тоже не ради твоего одобрения, но, честно говоря, ожидал, что ты воспримешь эту новость с бо́льшим энтузиазмом.

Она хмыкнула и закрыла глаза, поскольку испугалась, что иначе сейчас расплачется. Впрочем, сомкнутые веки не очень-то ей помогли, и слеза все равно скатилась по щеке. Мелиса попыталась незаметно смахнуть ее, и вдруг обнаружила, что Брент вышел из-за стола и приблизился к ней. Он пытливо вглядывался в ее лицо и недоуменно хмурился.

— Я опять что-то делаю не так? Думал, ты будешь рада.

— Я тоже так думала, — почти шепотом призналась она, боясь, что иначе голос сорвется и подведет ее.

— Если мы оба ошибались в этом, может быть, ошибаемся и во всем остальном? Может быть, для нас еще не слишком поздно и еще не все потеряно, а? Давай уедем вместе? Просто чтобы убедиться?

Мелиса испуганно замерла и встретилась с ним взглядом, а Брент затаил дыхание, дожидаясь ее ответа. Когда в неловкой тишине прошла невыносимо долгая минута, он вдруг широко улыбнулся.

— Ты не сказала «нет».

И прежде чем она успела что-то возразить, он привлек ее к себе и настойчиво поцеловал.

И Мелиса опять не сказала «нет».

В августе снова настал этот день. Веки Колта дрогнули на рассвете, когда ночная мгла уже отступила, а солнце еще не успело появиться из-за горизонта. Он открыл глаза и перевернулся на спину, но так и не услышал знакомого голоса. Сев на постели, Колт посмотрел на подоконник, на котором обычно появлялась Лёля.

Пусто. Это должно было однажды случиться, и он ждал этого именно сейчас, поэтому горечи не почувствовал, лишь удовлетворенно улыбнулся. В замке Академии Некромантии он попрощался и навсегда закрыл для себя эту дверь. Колт больше не держался за воспоминания, и ему уже не нужны были ложные призраки. Теперь он знал, что Лёля — настоящая Лёля — ждет за горизонтом. Когда придет его час, он отправится туда и снова встретится с ней. Там он встретит всех, кого потерял.

Мысль о потерях заставила его посмотреть на вторую половину кровати. Там тоже было пусто, и это пока еще ранило. Рамина Блор не задержалась в замке надолго. Утром после свадьбы Ники и Ламберта она исчезла, не попрощавшись и даже не оставив записки. И хотя она пробыла в его жизни очень недолго, ему все еще не хватало ее. Он успел привыкнуть к тому, что они оба просыпались рано и вместе завтракали, а порой потом вместе оказывались в душе, и она все равно покидала его башню прежде, чем в ней успевал проснуться кто-нибудь еще.

В глубине души Колт еще в день заседания комиссии знал, что не удержит ее рядом. Быть чьей-то мечтой — прекрасно, но прекрасной мечтой можно оставаться только на расстоянии. Любить героический образ легко, а самого героя — сложно. У него ноют старые раны. Он время от времени просыпается от кошмаров. Не умеет читать мысли, а потому постоянно говорит что-то не то. И вообще не способен облекать чувства в слова, сравнимые с ними по глубине и красоте.