Книга Академия Горгулий. Тайна ректора, страница 110 – Лена Обухова

— Можем идти, — объявила Рамина.

Однако Колт не торопился. Держа в руке нож, он шел между растерзанными телами, внимательно вглядываясь в лица мертвецов. Если кто-то открывал глаза и в них плескалась Тьма, опускался рядом на корточки, тихо благодарил за помощь и одним уверенным движением пробивал лезвием висок. Когда он вытаскивал нож из головы мертвеца, через проделанное в черепе отверстие вылетало темное облачко и растворялось в воздухе, а глаза очищались и становились такими, какими и должны быть: пустыми, мертвыми.

Ночью Оллуин объяснил ему:

— Тьма, которой нас наполнили, сохранила нам сознание. В бою нас можно разорвать на части, но сознание останется, пока цел мозг. Представь, насколько ужасно оказаться в таком положении. Мы поможем вам проникнуть в замок, но обещай: если никто из нас не уцелеет, ты пройдешь по останкам и каждому, чей мозг не пострадал, подаришь вечный покой.

Колт пообещал и собирался сдержать слово.

Оллуина он нашел одним из первых, пока Рамина занималась шатающимися. Голова мертвеца лежала отдельно от тела, на левом боку. Услышав шаги Колта, Оллуин открыл глаза и попытался посмотреть на него. По тонким губам скользнула улыбка.

— Славная получилась битва.

— Как говорится, лучшая битва — это последняя битва, — тихо подтвердил Колт.

— Ты нашел то, что искал?

— Частично. И в то же время — больше, чем рассчитывал.

— Уже хорошо. Там осталось немного шатающихся…

— Мы разберемся с ними. Теперь уже и магию не страшно применить, мы скоро будем далеко. Только рассчитаемся с вами.

— Я знал, что твоему слову можно верить. Давай, не тяни тогда. У тебя еще много работы.

— Только один вопрос, Оллуин. Почему? Почему вы решили помочь нам? Ты же знал, что это самоубийство.

— Ты так и не понял? — удивился тот. — Мы давно мертвы, Энгард. То, что нам досталось, не было жизнью, но даже от такого существования трудно самому отказаться. Нужен хороший повод. Ты нам его дал. Теперь ты знаешь, что драконы сделали с вами. И видишь, что они сделали с нами. И ты этого так не оставишь.

— Не оставлю, — глухо подтвердил Колт. — Не смогу.

— Тогда давай закончим с этим, — попросил Оллуин, закрывая глаза.

И Колт не собирался уходить, пока не закончит.

— Ну что ты возишься с ними? — раздраженно поинтересовалась Рамина, когда поняла, чем он занимается. — Давай я просто сожгу здесь все.

— Они, конечно, не чувствуют боли, но огонь — это все равно не самый приятный конец, — возразил Колт, выпрямляясь и окидывая взглядом верхний двор. Здесь он со своей миссией закончил. — Они сражались за нас и заслужили больше уважения.

— Это просто мертвецы, Колт.

Он усмехнулся, скользя взглядом по останкам, которые теперь перемешались так, что было уже не разобрать, где лежат шатающиеся, где — разумные. Пожалуй, последние после всех этих лет выглядели получше. Видимо, Тьма тормозила разложение.

За время войны они привыкли так говорить и думать: это всего лишь мертвецы. Они считали их в штуках или в головах, как скот. Так было тогда и так было правильно, потому что там, где речь идет о выживании, сочувствию нет места.

Но за эти дни Колт увидел все в другом свете, в котором не позволял себе смотреть раньше. Их противники — солдаты мертвых армий — были людьми. Когда-то. Жили в этих землях, вспахивали поля, строили города, растили детей. Они не хотели того, что с ними произошло, и не просили об этом.