Книга Я не хочу быть злодейкой на Отборе!, страница 90 – Пенелопа Кларк

— Понятно. Скажи, ты говорил, Обжорство — даже не второй Грех, носителя которого ты убил, изгоняя его. Получается, Похоть была первой… кто же тогда стал вторым?

— Гнев, — ответил Роберт. — Тогда, на плато, я сказал тебе, что посажу в засаду своих людей. Но на самом деле в засаде сидел один я. Гнев не подошел к тебе не потому, что Бартимус изменил свои планы. А потому, что еще до твоего прибытия я заметил его возле места, где он должен был встретиться с тобой, сразился и убил, чтобы обезопасить участниц от нападения. После чего прибрался как раз перед тем, как ты сама туда подлетела. Для меня это был уже второй бой с Грехом, поэтому я точно знал, как с ними бороться и каким образом лучше применять заклинания для противодействия этим существам. Так что справился быстрее, чем с Похотью… и в результате уже имел достаточно боевого опыта, чтобы, столкнувшись сразу с двумя, одержать верх и не дать им забрать хотя бы вас троих. К сожалению, этого боевого опыта мне не хватило, чтобы сегодня спасти всех.

— Ясно. То есть… все это время, с самого начала, ты был в курсе. Знал абсолютно все. Просто держал это от меня в тайне и разыгрывал спектакль, потому что я была той самой злодейкой, которой вполне логично не доверять.

— Да, — кивнул Роберт. — И поэтому сейчас к тебе все еще остается немало вопросов. Но я увидел достаточно, чтобы в одном не сомневаться: не знаю, что случилось, и почему ты решила переметнуться, но ты не притворяешься в желании остановить Бартимуса и свою семью. Ну а теперь, думаю, настала твоя очередь быть откровенной, — неожиданно прошептал он мне на ухо. — В том числе мне интересно, как ты могла видеть меня, забрызганного кровью после сражения с Похотью.

Мы были наготове каждый день. Я ожидала в любой момент получить письмо от Бартимуса (который снова сменил носителя, убив предыдущего, и его новую оболочку пока выявить не удалось). А Роберт — взял оставшихся участниц отбора под свою личную охрану (после происшествия в саду это его решение не вызвало бы никаких вопросов даже у самого придирчивого параноика). Отныне и до изменения ситуации все мы теперь спали в одной комнате без окон — находившейся в королевских покоях по соседству с его спальней. Специально для нас ее оборудовали должным образом. Выставив, кроме прочего, у двери стражу, дежурившую всю ночь и сменявшуюся каждый час. Днем мы также не ходили одни — перемещаться нам позволялось только всем вместе, в сопровождении охраны. И на всех нас, включая охрану, повесили магические датчики, которые дали бы королю сигнал, случись с кем-нибудь что-то, дабы тот сразу же телепортировался прямиком к нам на помощь.

Возможно, именно благодаря такому жесткому контролю не было ни новых покушений на Лию, ни даже попыток что-нибудь сделать со мной. И, готовясь ко сну в ночь перед испытанием, я уже была уверена в том, что никаких инструкций не будет. Следовательно, либо в моем предательстве уже полностью уверены и даже не хотят сделать вид, будто старый план еще в силе, либо просто не имели возможности оставить мне письмо.

Вот только вскоре я поняла, что ошибалась.

Поняла, заглянув в свою сумочку, где лежал пресловутый конверт!

Задрожав, я осмотрелась (Лия с Викторией уже легли) и, схватив письмо, прошмыгнула в ванную, где быстро распаковала конверт.