Книга Отвергнутая на Земле избранная в космосе, страница 73 – Таруна Поддубная

Я чувствовала, как сердце сжималось от тревоги. Роскошные апартаменты, которые еще несколько минут назад вызывали у меня шок и восхищение, теперь казались лишь тихим омутом, в котором скрывались опасные тайны. Я смотрела на Уриха, на его непроницаемое лицо, и понимала, что этот мужчина, с которым я была знакома, но, как оказалось, не знала совсем, является ключом к чему-то гораздо большему, чем я могла себе представить. И эта мысль, одновременно пугающая и завораживающая, давила на меня, как сама бескрайняя пустота космоса.

Диваны в каюте Уриха оказались неожиданно удобными: мягкие, глубокие, будто специально придуманные, чтобы человек расслабился и забыл, что между ним и вакуумом - всего лишь слой металла и чьей-то инженерной совести. На низком столике светилась проекция отчёта: строки, схемы, отметки времени, вкладка за вкладкой - сухая, правильная правда о том, что с нами произошло на «Астре». Правда, которую нужно было уложить в понятные формулировки для Лорда Валериана.

Раэль и Урих устроились друг напротив друга так, словно снова сидели в каком-то переговорном модуле, только вместо конференц-стола у них были наш столик и тарелки с едой, которые я как раз расставляла.

Роботы-доставщики с космической станции сработали идеально: контейнеры были запечатаны, со штрих-кодами ресторана и отметками температуры, как будто еда здесь - такая же священная процедура, как технический осмотр шлюза. Когда я сняла крышки, в воздух сразу поднялись запахи: тёплый хлеб с травами, что-то сливочное, жареное, сладкая нота фруктового соуса. От этого желудок сжался и тут же радостно разжал хватку.

— Я даже не знала, что уже успела так проголодаться, - выдохнула я, ставя перед Раэлем тарелку.

Он поднял на меня глаза, как всегда внимательные, но сегодня в них было больше сосредоточенности, чем обычно.

— Это вполне нормально. Учитывая какие сегодня случились события, не мудрено и про еду забыть, да и не только про нее, - последние слова муж пробормотал уже себе под нос.

Урих молча добавил в отчёт ещё одну строчку. Его пальцы работали быстро, почти бесшумно; на браслете вспыхивали подсказки, он подтверждал, отклонял, правки ложились аккуратно.

Я раскладывала еду, стараясь не смотреть на проекцию. Там были слова: «контакт», «сбой», «наблюдение», «вмешательство». Там было слишком много того, что хотелось забыть. И слишком мало того, что я всё ещё ощущала кожей - как станция пахла холодной пластмассой и озоном, как вибрировал воздух у вентиляции, как мне в какой-то момент показалось, что кто-то неизвестный смотрит на меня.

Но мысли всё равно возвращались к Лорду Валериану.

К его голосу - властному, но при этом спокойному, лениво-вежливому. К тому, как он называл меня по имени, будто мы были знакомы не пару дней, а целую жизнь. К тому, как от одного его «Ольга» у меня внутри что-то сжималось, не от страха, а от того, чем может обладать только сильный мужчина, к которому тянет безусловно, ему и говорить ничего не надо - ты его силу чувствуешь кожей из воздуха.

— Он прислал мне анкету жениха, - напомнила я себе мысленно и чуть не уронила вилку в соус, когда вспомнила, сколько всего там было указано. Зачем я ему?

Пока Раэль и Урих выстраивали факты, я выстраивала ощущения. И они были не такими аккуратными.