Книга Мужья для боевой попаданки, страница 70 – Таруна Поддубная

Даже для меня было странно, что тут только мужчины могут жертвовать собой. В нашем мире женщины могут жертвовать не только своим удобством, своими деньгами, чтобы помочь своему мужчине, но и много чем еще. Конечно, не все женщины такие. Но они все-таки есть.

— Вообще-то я прежде всего спасала тебя, своего мужа, ты пытался даже в ущерб себе спасти этих раненых воинов, поэтому я не могла бросить тебя. Подвести и дать этим тварям отнять у меня мужа - их было слишком много, чтобы вы справились без меня. Поэтому тут не было особого выбора: либо спасти тебя, либо погибнуть нам обоим, - после моих слов в муже что-то поменялась: в нем явно добавилась капля уверенности в себе.

— Я поражен тем, почему ты так поступила, но больше, прошу, не делай так. Запомни, если ты умрешь, умру и я. Я не смогу и не захочу жить в мире, в котором нет тебя, нет твоей улыбки, твоего смеха и даже твоего удара в мою челюсть, - на последних словах мы оба уже широко улыбнулись.

— Это из-за той связи истинной пары, из-за которой магия нас сделала мужем и женой? Получается, магия заставляет тебя любить меня, а не ты сам это чувствуешь. Так не должно быть, это неправильно - у каждого должно быть право выбора, - вот не нравилось мне это.

— Александра, послушай меня. Магия указала нам путь друг к другу, она увидела в нас потенциал, две души, которые могут быть счастливы вместе. Но магия не может создать любовь, она лишь помогает найти ее. Все остальное… все, что было между нами, все эти чувства, эмоции, смех и слезы - это были мы, это было наше. Я понимаю, что тебе сейчас трудно, очень трудно: для тебя это все новое и непонятное, в отличии от меня, который родился в этом мире, с этими правилами. Но постарайся услышать меня. Магия показала мне тебя, да, она навязала мне мысль, что ты - моя истинная пара. Но то, что случилось потом… то, как я полюбил тебя, то, как ты отвечала мне взаимностью сегодня… это было настоящим, это было тем, что мы создали вместе. Магия лишь подтолкнула нас друг к другу, а дальше… дальше все зависело только от нас. - Хашим смотрел на меня умоляющим взглядом, словно молил о понимании. Он говорил искренне.

— Да, ты: мне нужно время, чтобы понять. Пойдем уже в лагерь, думаю - пора поесть и нормально отдохнуть. И обязательно поспать, после этого, думаю, все заиграет совершенно другими красками, - и мы выдвинулись в сторону лагеря, разговаривая на совершенно отвлеченные темы.

Когда мы прибыли в лагерь, многие бойцы уже ушли отдыхать. Горели редкие костры, и стояли дозорные, и так - кучками отдыхали некоторые воины, видимо разбившись по интересам. Мы не стали ни к кому подходить - сразу направились в палатку к Хашиму. Уже подходя к лагерю, муж зевал и почти засыпал на ходу.

К нашему удивлению, в палатке нас ждал кем-то заботливо оставленный ужин. Мясо и какая-то крупа или овощ - я так и не смогла понять. Хашим вначале отказался от еды. Но я насильно его накормила, и он, проглотив последнюю ложку, упал на походную кровать уже крепко спящим.

Попытавшись уложить Хашима поудобнее, а не поперек кровати, думала - сорву спину: здоровый детина оказался и жутко тяжелый. Поэтому сдвинув мужа, насколько смогла, я махнула рукой, он лекарь, сам себя потом подлечит после сна в такой неудобной позе. Сложив посуду, я тоже легла спать на еще одну кровать, которая стояла практически впритык к кровати, на которой уже крепко спал мой муж. Я думала - буду лежать без сна, и отряды бесконечных мыслей не дадут мне уснуть. Но, только голова моя коснулась подушки, я отрубилась.