Книга Мужья для боевой попаданки, страница 56 – Таруна Поддубная

Мы сражались с мужем плечом к плечу, как единое целое. Каждый удар, каждое наше движение были синхронны и точны. Наши мечи сверкали в полумраке, разрубая плоть и изгоняя тьму. Но тварей было слишком много. Они напирали, теснили нас, словно волна, желавшая поглотить. Кони нервно ржали, чувствуя исходившую от этих существ опасность.

Я понимала, что мы не сможем долго продержаться. Силы покидали нас, а твари казались неутолимыми. Но мы не сдавались. Мы сражались за свою жизнь, на которую покушались эти порождения тьмы, пытаясь нас уничтожить.

Первый крик раненого пронзил воздух, словно удар молнии, вырвавшись откуда-то из глубины души. За ним последовал второй, еще более отчаянный, разрывающий сердце на части. Я обернулась, и мир вокруг меня словно замер, превратившись в жуткую картину. Два воина, еще мгновение назад сидевшие в седлах, теперь лежали на земле, а над ними нависали мерзкие твари, собираясь добить их. Я видела, как агония искажала их лица, как кровь темными пятнами расползалась по земле, и это зрелище прожигало меня изнутри.

Хашим, яростно отбиваясь от наседающих тварей, пробивался к раненым. В его глазах пылала безысходность и гнев. Не думая больше ни секунды, я перехватила меч поудобнее и бросилась ему на помощь. Нельзя было допустить, чтобы они погибли здесь, на моих глазах. Вместе с оставшимися воинами мы окружили раненых и Хашима, образовав живой щит.

— Стоять! Держать строй! – крикнул Хашшамиш, его голос хрипел от напряжения. - Александра, прикрой их! Я попытаюсь вытащить хоть одного!

Он бросился к ближайшему воину, пытаясь поднять его, но тот лишь застонал от боли.

— Не трогай меня, Хашим… Спасай себя… – прошептал воин, и в его глазах я увидела смирение со своей участью.

Твари, словно почувствовав, что их становится меньше, усилили натиск. Бой стал более жестоким, каждое движение – выверенным и смертоносным. Я рубила направо и налево, стараясь не дать им прорваться к раненым. Страх сковал меня изнутри, но я не могла позволить ему взять верх. Я должна была защитить их, во что бы то ни стало.

— Хашим, уходи! Их уже не спасти! – закричала я, но он лишь покачал головой, продолжая отбиваться от тварей.

— Я не брошу их! – ответил он, и в его голосе прозвучала такая решимость, что я поняла – его не переубедить.

Мы стояли плечом к плечу, окруженные смертью и отчаянием. Казалось, что этому кошмару не будет конца. Но в глубине души я все еще надеялась, что мы выстоим. Одна из тварей смогла выбить у меня из рук меч. Вот только к тому моменту мое терпение закончилось, а магия дошла до предела, когда я уже не могла ее сдерживать.

— ЩИТЫ!!! – все что я успела выкрикнуть, а потом меня начало поглощать пламя, и я подняла руки готовая сжигать всех и вся вокруг.

Жар. Не просто жар, а всепоглощающее, пульсирующее пламя, которое теперь стало моей кожей, моими костями, моей кровью. Оно не просто наполняло меня, оно разрывало изнутри, требуя выхода. Я чувствовала, как оно переливается внутри, словно расплавленный металл, готовый прорваться сквозь тонкую оболочку моей плоти. Каждый удар сердца отдавался в висках волной раскаленного воздуха, каждый вдох – приливом нестерпимого жара.

Они были повсюду. Твари, сотканные из теней и страха, с глазами, горящими злобой, и когтями, способными разорвать плоть. Они окружили нас, их мерзкое шипение смешивалось с моим собственным прерывистым дыханием. Я понимала, что насколько бы мы не были сильными, но они могли победить нас большинством. Если нас была кучка, то их не меньше сотни. И в этот момент что-то внутри меня, что-то древнее и могущественное, перестало подчиняться логике и, пробудившись, жаждало убивать. Но когда я увидела раненых, как Хашим готов сражаться за них, я поняла почему магия связала нас вместе. Потому что такую чистую душу с такими искренними помыслами нельзя было оставить без помощи. Сейчас он стал именно тем героем, который готов был пожертвовать собой ради других и своих принципов.