Книга Мужья для боевой попаданки, страница 121 – Таруна Поддубная

— Мне нужно слетать - поговорить с Элларионом, - произнес он, его голос теперь усиленный магией, звучал как раскаты грома.

— С Элларионом? – я была шокирована. - Зачем тебе говорить с этим надменным гадом?!

Азрот усмехнулся, его глаза сверкнули в полумраке.

— Он может быть и гад, Александра. Но он будущий правитель. Он тоже может владеть информацией. И, несмотря на его скверный характер, он очень хороший стратег и аналитик. Информация - это сила. А сейчас мне нужна вся сила, которая есть, - ответил он мне, улыбаясь.

— Ты… ты полетишь к нему… голышом? - Я смотрела на демона, не веря своим глазам.

— Боишься, что дракон помрет от зависти, когда увидит меня в таком виде? - на этот раз его усмешка стала шире. В ней было превосходство, граничащее с вызовом.

Я закатила глаза, чувствуя, как в груди зародилось странное тепло. Это была его манера – всегда пытаться вывести меня из равновесия.

— Я надеюсь, ты скоро вернешься, – сказала я, пытаясь скрыть улыбку.

— Не волнуйся, – ответил Азрот, и его смех, теперь уже удаляющийся, эхом отразился от стен ванной комнаты. - Я всегда возвращаюсь.

Он взмыл в ночное небо, его огромные крылья рассекали воздух, оставляя за собой лишь след из звездной пыли. Я смотрела ему вслед, чувствуя смесь облегчения и тревоги.

Хашим молча пересел ко мне поближе. Его прикосновение было нежным, когда он взял мою руку. Он провел меня обратно к купели. Мы сели рядом, и он стал делать мне массаж. Его пальцы скользили по моим ногам, рукам, прорабатывая каждый уставший мускул. Он целовал мои плечи, шею, оставляя легкие, нежные следы. Это был момент покоя, момент близости, который так необходим был после всего произошедшего – нам обоим. Казалось, что все проблемы мира отступили, оставив нас наедине в этом оазисе тепла и умиротворения.

Но идиллия была хрупкой. Звук, который мог бы разрушить этот хрупкий мир, прозвучало вдруг, резко и неожиданно.

Звук магического камня связи «Эхолита» в ворохе одежды Хашима все это развеял.

Это был звук, который я больше всего не любила - звук, который всегда предвещал беду или, по крайней мере, нарушение нашего покоя. Магический камень связи, «Эхолит», который мы всегда держали рядом, издавал сигналы. Он не просто сигналил, он кричал, настойчиво, требуя внимания.

Хашим, который только что нежно целовал мою ключицу, резко поднял голову. Его тело напряглось. Наша идиллия, такая хрупкая и драгоценная, растаяла в одно мгновение. Его губы, еще мгновение назад касавшиеся меня, теперь были сжаты в тонкую линию.

— Вот почему все всегда именно так? Мы когда-нибудь прекратим бежать куда-то, спасать кого-то? Просто спокойно проснемся и сможем весь день посвятить друг другу? – вырвалось у наагата. Он отстранился, его глаза, еще недавно полные нежности, теперь выражали тревожное беспокойство. - Прости, любимая, но видимо опять что-то случилось.

Хашим вылез из купели, его движения были быстрыми, решительными. Он протянул руку к одежде, которая лежала аккуратно сложенной на краю. Пока он вытирал воду с тела полотенцем, я уже чувствовала, как мое сердце сжималось от предчувствия. Я знала, что этот звук никогда не бывал просто так.

Пальцы мужа нащупали тяжелый, холодный Эхолит. Он взял его в руки, и его лицо, освещенное магическими светильниками, исказилось. Он начал читать сообщение, его брови сошлись на переносице. Я увидела, как напряглись его челюсти, как сжались кулаки.