Книга Мужья для боевой попаданки, страница 110 – Таруна Поддубная

Но я не собиралась биться честно.

— Ты думаешь, что знаешь, как вести войну, Элларион? - мой голос был теперь спокоен, но полон угрозы. - Ты думаешь, что можешь просто прийти и забрать все, что принадлежит мне?

Я бросилась вперед. Не прямо на него, а по дуге, используя свою ловкость, свою скорость. Моя магия, направляемая гневом, превращала мои движения в стремительные, неуловимые вспышки. Я использовала все, чему научилась. Техники рукопашного боя, каратэ, все, что помнила, все, что умела и чему меня хоть когда-то обучали. Каждый удар, каждый блок был точен и быстр.

Он отбивал мои атаки, его меч скрежетал, высекая искры. Его сила была огромной, но его движения казались немного замедленными по сравнению с моими. Дракон был уверен в своей победе, и эта уверенность делала его предсказуемым.

— Ты сражаешься как зверь, наследница, - прорычал он, уворачиваясь от моего очередного удара. - Но зверь не знает тактики.

— Я знаю, что такое защита своего дома! - я парировала его удар, чувствуя, как дрожит рука от силы его натиска. - И я знаю, что такое предательство!

Я видела, как он замахнулся для мощного удара. Его золотые доспехи сияли в свете моей магии, отражая пламя. И тогда пришел мой час.

Я сосредоточила всю свою ярость, всю боль, всю любовь к своему замку, к своей магии, в одном точке. Мои ладони, обращенные к нему, начали пульсировать жаром. Я почувствовала, как энергия выходит из меня, устремляясь к его доспехам.

— Ты думал, что можешь украсть мое наследие? - прошипела я, чувствуя, как мои пальцы обжигаются об собственную силу. - Ты думал, что можешь унижать меня в моем же замке?

Золотые пластины на доспехах Эллариона начали темнеть. Они становились багровыми, раскаленными. Я увидела, как он застыл, его глаза расширились от удивления и боли. Он пытался отступить, но было поздно.

— А я знаю, как заставить таких, как ты, гореть! И даже то, что ты дракон, не поможет тебе! – я была в ярости и мне было безразлично, что я причиняю ему и его дракону боль.

С криком, который был одновременно и боевым кличем, и рыком боли, я направила последний импульс магии. Его доспехи вспыхнули ярким, ослепительным светом. Он закричал. От боли, и от шока. Золото, которое было его гордостью, его защитой, стало его тюрьмой.

Элларион, охваченный пламенем, отшатнулся. Его движения стали хаотичными. Он уронил меч. Я видела, как он пытался сорвать раскаленные пластины, но они словно приросли к его плоти.

Я сделала шаг вперед и подняла с пола свой меч. Клинок все еще пылал, но теперь я не собиралась им атаковать. Я подошла к дракону, чувствуя, как жар исходит от его тела. Он смотрел на меня с ужасом, с непониманием.

— Убирайся, - прошептала я, и в моем голосе не было ничего, кроме холодной решимости. - Убирайся из моего замка. И больше никогда не возвращайся.

Я схватила Эллариона за воротник. Он был тяжелым, но я, подстегиваемая магией, чувствовала в себе невиданную силу. Я потащила его к огромным окнам холла. Воины, которые еще недавно слушали приказы «будущего правителя», теперь стояли в оцепенении, наблюдая за происходящим.

Я размахнулась и с силой швырнула золотого через открытое окно. Он полетел вниз, словно мешок с мусором, его крик оборвался где-то внизу.

Я стояла, тяжело дыша, мои руки дрожали. Огонь на моем мече начал угасать, оставляя после себя лишь тлеющие угли. Холл замка был залит светом, который пробивался сквозь открытые оконные рамы. Тишина вернулась, но теперь она была другой. Не гнетущей, а наполненной чувством победы.