Книга Вторая жизнь и мир по наследству, страница 345 – Таруна Поддубная

Хвост генерала очень аккуратно держал меня, обхватив под мышки, а кончиком поддерживал за лоб. Одна его рука держала мои волосы, не давая им испачкаться, а вот другая делала мягкие поглаживания живота, от чего мне становилось легче. Даже весь мой внутренний мир, благодаря этому, покидал свое место с большим комфортом и облегчением.

— Что с ней? Разве она не поправилась, раз ее Малыш перенес из восстановительной камеры? — шокировано сказал Бал.

— Это вы идиоты, вместе начали её трясти и передавать из рук в руки, а она даже видела тогда только одним глазом! А раздеваться вы стали для чего, не подскажешь, не стирать же собрались⁈ — в ответ заорал на него Малыш, ну вот я только пришла в себя, а мои мужчины уже ругаются.

— Да помолчите вы уже, ей и без ваших выяснений отношений сейчас сложно! Лучше мойтесь сами, потом поможете ей, и поедим все, наконец-то! — рявкнул на всех генерал так, что даже я, чуть не стартанула исполнять его команды, благо его руки не позволили мне сдвинуться.

Бал секунду стоял с открытым ртом, видимо, собирался что-то сказать или возразить, но потом передумал и пошел мыться.

— Так, всех сильно впечатлительных я разогнал, поэтому если можешь — расскажи, что случилось и почему сейчас тебя выворачивает собственными мертвыми внутренними органами. И не смотри на меня удивленно своим одним глазом, у меня очень хорошее обоняние, это первое. А второе, мне очень интересно, почему все это оказалось именно там? — все так же продолжая массаж, но облокотив меня на свой торс.

— Шарат, я не знаю, почему все так. Пока только понятно, что проснулась я раньше времени. Судя по показаниям, все основные жизненные показатели в норме, есть отклонения, но скоро должны прийти в норму. Но вот почему часть моих прошлых органов решила забиться в желудке, мне тоже непонятно, но разберусь с этим, главное, что они оттуда вышли и больше там не мешают. Кстати, откуда ты знал, что нужно делать, и что со мной происходит? — мне уже стало намного легче, за что я была очень благодарна нагу, но его поведение удивляет.

— Это связано с тем, что когда черные наги еще маленькие, но с очень большой жаждой крови уже тогда. Они съедают больше, чем могут переварить на охоте, а инстинкты еще не могут удержать, вот и получается, что еда застревает и мучает малышей. Поэтому, когда съеденное пытается выйти наружу, ему нужно помочь, чтобы оно не навредило. Так что опыта у меня хватает, и ведь тебе стало легче? — вот это тот страшный и злобный наг, которого я видела перед битвой, глазам не верю, точнее глазу.

— Ну раз эту часть мы вроде бы как разъяснили, то давай уж сделаем так, чтобы я могла смотреть на мир двумя глазами, — после моих слов грудь нага затряслась от смеха, и меня, мягко прижав, понесли в сторону ванной, где плескались остальные.

Откуда у Шарата столько выдержки, не знаю, но взял на себя обязанность следить и помогать мне, пока я не восстановлюсь полностью. Он, опустив меня в бассейн и окружив кольцами своего хваста от остальных, очень аккуратно помыл и справился с моим глазом. При этом он ничем не показал хоть немного сексуального возбуждения, чувствовала себя больше больным ребенком, чем женщиной. И не могла понять: то ли меня это обижает, как женщину, или, наоборот, поражает и поднимает его в моих глазах.