Книга Вторая жизнь и мир по наследству, страница 194 – Таруна Поддубная

Вампир обольстительно улыбнулся и одним движением проник в меня до основания. Когда он успел снять штаны, не помню. Мне казалась, что его руки были повсюду, и было их далеко не две, по ощущениям. Войдя, он замер, продолжая смотреть мне в глаза, будто впитывал в себя каждую мою эмоцию. Когда я уже стала извиваться под ним, он, наконец-то, стал двигаться. С каждым толчком он менял угол, когда видел, что я уже готова была кончить. Таким образом, Мрак продлевал мою сладостную муку. Но себя он мучал не меньше, ведь в его темпераменте был страстный огонь, а не медленная тягучесть.

Выдержка вампира оказалась тоже не железной, и когда с него уже от напряжения стали катиться капли пота, он стал делать глубокие и резкие толчки. С каждым разом толкаясь все сильнее. Из-за чего мое тело скользило по столу с той же скоростью, с которой он вбивался в меня.

Когда нас накрыл мощный оргазм, мы оба не смогли сдержать крика удовольствия. Он перестал изливаться внутри меня, наклонился и прижал меня к себе, продолжая тяжело дышать.

— Наконец-то, вы кончили! Гости уже заждались за дверью! А синял твой, уже устал держать оборону, не давая никому сюда приблизиться! — оповестил нас Малыш, испортив весь кайф после пережитого.

— А ты что, не мог их чем-нибудь развлечь, пока мы были заняты? — ответил ему вампир в том же наглом тоне.

— Вся эта толпа прибыла к вам, а не ко мне! Идите, приведите себя в порядок, пока я их тут кофе напою, — фыркнул Малыш, открыв нам дополнительную дверь из кухни в отдельный запасной коридор.

Я пошла принимать душ в спальне, а Мрак пошел в отдельную комнату. Внутри меня кипело негодование из-за поведения Малыша. Раньше он никогда себе такого не позволял. Да, у него всегда был вредный характер, но это уже стало нормой. А вот такое поведение странное и новенькое, будто он ревнует. Проходя спальню, кинула одежду в ближайший угол. Зашла в душ, чтобы смыть с себя следы страсти. Под теплыми струями мое настроение немного стало спокойнее, я решила, что нужно поговорить с Малышом, пока никого нет рядом.

— Малыш, объясни, что сейчас было в столовой? — произнесла я вслух, мне хотелось поговорить нормально, а не мысленно.

— Прости, я не должен был себя так вести… — сказав это, он материализовался передо мной как когда-то хранитель.

Раньше Малыш не принимал плотную оболочку, отговариваясь, что без нее ему удобнее. Сейчас он был высоким мужчиной, с широкими плечами и узкой талией. Лица или более четких очертаний у него не было. Это был плотный силуэт мужчины, полностью серебряного цвета. Я бы даже сказала, человек из ртути, с такими же переливами.

— Ты решил принять телесную оболочку? То, что вижу, очень симпатичное начало! — похвалила я его старания.

— Да только начал, это пока все, что мне нравиться, с остальным пока не определился, — взял полотенце и протянул его мне, а вторым стал сушить мои волосы.

— Еще успеешь определиться и поменять, если не понравится, не торопись с выбором. Но всё же, давай вернемся к тому, что произошло, — настаивала на теме разговора, которую мы начали.

— Еще раз прости. Но я точно сам не знаю, что на меня нашло. Наверное, приревновал тебя как младший брат, с которым сестра после замужества стала меньше играть, — интересное сравнение, о котором я бы даже не подумала.