Книга Вторая жизнь и мир по наследству, страница 113 – Таруна Поддубная

Перед нами был огромный красивый особняк. Ну, я и не сомневалась, что наги свои дома тоже с большим размахом выбирают. Но рассматривать, что тут было, мне не дали, так как выбежал ранее увиденный мною дворцовый лекарь. Он махнул нам, чтобы мы бежали за ним. Собственно, так я и сделала, залетела в дом и понеслась по лестнице вниз, куда убежал лекарь. И то, что я там увидела и ощутила, чуть не заставило мой желудок вывернуться на изнанку.

В подвале стоял стойкий запах крови. Существа, видимо, некогда бывшие рабами, были насажены на крюки и подвешены к потолку. С некоторых заживо была снята кожа, и она лоскутом болталась, а по ней стекала кровь на пол с жутким капающим звуком. Некоторые были разложены на дыбе и истерзаны плеткой настолько сильно, что места ударов были похожи скорее на фарш.

От увиденного меня покачнуло, но я вовремя была подхвачена с одной стороны вампиром, с другой — Марком. Они помогли мне дойти до комнаты, в которую меня звал лекарь. К тому моменту, когда я туда зашла, мой вид уже говорил о том, что мне самой нужен лекарь, а после увиденного в этой комнате — еще и психиатр.

В комнате были истерзанные дети от трех до четырнадцати лет, тела их были изувечены, не говоря уже про души. Над ними издевались, избивая, их практически не кормили, судя по худобе их тел, и они явно подвергались насилию.

Лекарь позвал меня к мальчику эльфу в очень тяжелом состоянии. В него были воткнуты два когтя твари, яд уже распространился практически полностью по всему телу. Малыша было уже не спасти, поэтому, сняв стазис, который наложили лекари, я запела ему прощальную песнь эльфов, чтобы он смог пойти дорогой предков и соединиться с великим эльфийским лесом. Спустя минуты три после начала моего пения малыш прекратил вздрагивать, его прекрасные изумруднее глазки заволокла смерть, он стал распадаться на прекрасные искорки, которые растворялись в пространстве.

Как только его тельце полностью поглотило пространство, я кое-как, опираясь на Марка, вышла на улицу и завыла белугой, так как держать внутри эту боль было невозможно. Спустя минут пятнадцать такого воя, вампир насильно влил мне в горло настойку демонов. Ох, лучше бы он этого не делал!

— Ох…ёёёёё, — так красноречиво началось мое пробуждение.

В голове звенел жутко раздражающий колокол, в связи с чем стенки черепа чуть ли не в буквальном смысле осыпались как старая штукатурка. Мозги как кисель, во рту настолько гадостно, будто вчерашних тварей, которые напали на нас, я лично загрызла, с зубы не чистила, теперь они там активненько так разлагаются. Тело чувствую, но его бьет в ознобе, будто у меня температура под сорок. А почему, собственно, так плохо⁈

При попытке открыть глаза колокол в голове с удвоенной силой начал звонить, что не внесло благоприятных ощущений.

— Женский алкоголизм, чтобы ты знала, не излечим! — так, какой-то знакомый, но сейчас очень раздражающий голос. Ах ты ж… мозг все-таки смог слегка встрепенуться через пьяную контузию, и меня осенило.

— Малышшшш, я умираю! — все, что я смогла прохрипеть жутко страдальческим голосом.

— Вот на это не надейся, это у тебя, дебоширки, просто похмелье после демонова пойла. Где вы его только в таком количестве достать-то смогли⁉ Ты хоть понимаешь, сколько вы его выпили? Столько даже сами демоны не могут себе позволить, чтобы не окочуриться, — продолжал читать лекции Малыш, кажется, искренне надеясь, что я ща как все пойму, как проникнусь, а зря.