Книга Ты не такая! Да, я майор спецназа, страница 164 – Таруна Поддубная

Но я действительно присмотрелась к мантиям на отце и муже — они отличались и сильно, только я не обращала на это внимание. Ведь сравнивала только мою мантию и отца, а моя мантия — для учеников, поэтому она намного проще. Зато сейчас я четко видела, что ткань балахона отца необычна. Смотришь на нее под одним углом, и кажется, будто она сделана из хлопка, а потом он поворачивается, и вот она превращается в кожу. Так же рисунки и надписи, действительно, отличались количеством, яркостью, и шириной их нанесения, не говоря уже про сами символы.

— А что насчет Совета? Думаете, что из-за того, что в жизни Аразара появилась я, его захотели убрать вместе со мной? — но если вспомнить, как мы встретились с отцом, что-то тут было не то.

— Не совсем, твое появление только усилило их желание. Если раньше Аразар был следующим на место в Совете, не только после брата, но и после смерти еще двоих членов Совета, но раньше это было не очень вероятным, то теперь Аразар — отец дочери, которая жнец смерти, и так же его зять — жнец и побратим — жнец. А теперь выяснилось, что в его семье появился и тот, чья раса считалась вымершей, — сказал Ларах. — Желающих избавиться от нашей семьи с каждым днем становиться только больше.

— Хорошо, что еще семьи моих мужей нас не преследует, — с облегчением вздохнула я.

— Ну, просто они пока не появлялись, ведь они хотели, чтобы я стал не твоим мужем, поэтому пока просто переваривают случившееся, — после слов Лисьэна я даже зубами скрипнула.

— Так, все, мне надо прогуляться, куда можно слетать? — решительно встала и пошла на выход из дома.

На мое удивление, гулять ушли только мы с Мором вдвоем, отцы и не собирались, а вот остальных мужей они не пустили. Возмущения были быстро остановлены, и аргументом послужило то, что мы с мужем сегодня лично только первый день знакомы, а у остальных уже был не один день для знакомства и возможности побыть вместе, те повздыхали, но все равно остались. Только Ирай смотрел на меня глазами побитой собаки, из-за этого мое сердце заныло, но я понимала, что отцы правы: со мной все были рядом, говорили, спали в одной постели, и только Мор терпеливо ждал. Поэтому собрала себя в кулак и пошла с Мором в флаер, но продолжала чувствовать тот тоскливый взгляд Ирая.

Когда села — посмотрев на ком, решила отправить сообщение Ираю с одним предложением: «Люблю тебя, мое фиолетовое счастье». После моего похищения он был более беспокойным, и когда он начал отлучаться от меня с отцами, отцы выдали ему ком, и теперь у нас было средство связи После того как написала, на сердце потеплело, и в ответ пришло короткое: «Ты — мое дыхание».

— Успокоила Ирая? — задал вопрос Мор насмешливым голосом.

— Откуда ты узнал? — это было неожиданно, но он даже не злился, не ревновал.

— Ирана, я вообще-то так же, как и ты, жнец смерти и чувствую эмоции. А вот такой поток страданий не почувствовать была невозможно, хоть Ирай очень старался их скрыть, но тебе его, думаю, выдали глаза. Сложнее всего было Вилейну — видела бы ты его лицо в этот момент, — весело рассмеялся муж.

— А почему я не почувствовала, только по глазам поняла? — странно, почему я не чувствовала эмоции, про которые он говорил.

— Потому, что он блокировал свои эмоции, но так как он это пока делает неумело, а мы с твоим отцом уже далеко не ученики, как ты, то мы их чувствовали хорошо. Пройдет время, и от тебя даже пыль не сможет спрятать свои эмоции, не то что муж, — улыбаясь, сказал Мор.