Книга Меня не ждали, а я приперлась!, страница 207 – Таруна Поддубная

— Вот забывать точно не надо, тут я с тобой полностью согласна, но ответь лучше на другой вопрос: почему тебя это так задело? Не смотря на то, что и кто сделал, - вот эта дурында, даже разговаривая телепатически, умудрялась есть и еще и чавкать, так что это тоже передавалось в мою голову.

— Аида, не чавкай, думать мешаешь! – рыкнула на нее, так как эти чужие звуки внутри моего черепа было просто невозможно терпеть.

— Хорошо, а ты думай, не отвлекаясь, - и звук действительно прекратился.

И я действительно задумалась, что именно в этой ситуации меня обидело и разозлило. Казуэль не обязан говорить мне про темные стороны своей семьи, мы друг другу просто знакомые, которыми стали тоже при случайных обстоятельствах, я просто спасла его задницу от смерти. Брат имеет сейчас повышенное чувство заботы, так как кроме меня у него не осталось никого из близких, даже сына. Владыка не относится к близким, потому что он Владыка и ради себя может приказать то, что не будет нравиться и отказаться не получиться, поэтому это скорее отношение господина и слуги. Поэтому теперь он будет опекать меня даже тогда, когда это необязательно, и больше вредит чем помогает, но будет делать это неосознанно. Так что с Арвеном будем потихоньку этот вопрос решать, да и не думаю, что он будет жить со мной, как только решим вопрос с верховной ведьмой, отправим его обратно послом на другой материк, и все вопросы будут решены.

Посмотрев на все это, я поняла, что в действительности злюсь не на то, что мне не сказали, а на то, что Алан меня предал, и на себя, что доверяла. Не брат виноват во всем этом, а именно Алан, ведь это он использовал меня, пытаясь добраться до моей сокровищницы, и после всего еще и не получив ее, предал меня моему самому страшному врагу, который хочет забрать у меня жизнь. Возможно, мне было бы проще его понять, если бы он это сделал ради спасения собственной жизни или спасения близкого родственника, но он меня продал. Конечно, оба варианта принять сложно, но еще в детстве мне пришлось испытать и увидеть много таких вот выборов в детском доме. Сильные всегда отбирали все у слабых, и порой, чтобы это сделать, слабого избивали или того, к кому он привязался. Таким же способом заставляли брать на себя вину за то, что они не делали, и тогда те попадали на учет в детскую комнату, а это портило возможное будущее навсегда. Там мы все, живя в системе, пытались выжить, но все равно во многих сохранялось благородство и совесть. Мы не предавали друзей и не продавали, мы делились последним печеньем, даже зная, что ты останешься в интернате, а твоего друга через пару дней заберут в семью, и ты его больше никогда не увидишь. Там он будет жить полной сытой жизнью, а у тебя так и останутся обноски да объедки, мы все равно делили это печенье поровну и гордились этим. А тут Алан, которого я приняла в свой дом, посадила за свой стол, доверила тайну и практически ключи от своей смерти и, возможно, смерти многих в будущем, просто продал меня и брата, и других. Теперь он будет жить богатой сытой жизнью и проматывать ещё одно состояние с чувством победителя. А мы будем сражаться с верховной за жизнь друг друга и баланс этого мира. Получается, я ненавижу Алана, ведь во мне сейчас кричит справедливость, которая требует наказать предателя, а сидящие тут за столом такие же жертвы предательства. Только они не дают этому предательству еще больше разрушить их мир и потерять из-за этого дорогих и близких существ и их улыбки.