Книга Меня не ждали, а я приперлась!, страница 122 – Таруна Поддубная

Внутри гроба лежал никто иной как вялоразыскиваемый мной фамильяр в окружении флакончиков от эликсиров, и запах стоял очень спиртовой.

— Не, в одном доме пьяница вампир и пьяница мышь - это уже перебор даже для моей нервной системы! – произнесла я вслух, поднимая эту кожаную пьяную тряпку, о которую, судя по виду, вытерли ноги все оборотни.

Женщины заулыбались, и мы потихоньку стали возвращаться. Я несла за шкирку Шизу, чтобы сдать его в руки Васе, а перед этим отчитать домового: он не мог не знать, что у нас на чердаке в его кладовой уже не один день мышь пьянствует, и где - в гробу, и напивается моими настойками.

Когда я спустилась и вновь зашла в кухню, Вася мне радостно улыбнулся, а потом, когда увидел, кого я держу за шкирку, глазки опустил в пол, а улыбка стекла на глазах.

— Не хочешь рассказать, что эта мышиная пьянь делает на чердаке в гробу? И откуда там, между прочим, гроб? – наличие на чердаке гроба меня даже больше интересовало, чем Шиза и его пристрастия.

— Шиза там прятался от тебя, он не хотел, чтобы ты его расспрашивала. Он сам прекрасно понимает, что был не прав и виноват. Но ему нужно было оплакать гибель ведьмы и то, что он остался жив, это не так просто, как может показаться на первый взгляд. Они были очень сильно энергетически привязаны друг к другу, и эта привязка оборвалась из-за смерти ведьмы. А потом он спал, резко проснулся, и оказалось, что он теперь должен служить внучке той, кому был фамильяром. Да, он был не прав, но он потерял ведьму, которую очень любил и готов был умереть за нее, а она просто оставила его в наследство, ведь это тоже обидно. Вот он и прятался на чердаке, а заначку с эликсирами он в лаборатории прятал еще от твоей бабки! - пояснил мне Вася, и вот с этой стороны я как-то не смотрела на ситуацию.

Ведь Шизу действительно даже не спросили, а хочет ли он становиться моим фамильяром, просто оставили в наследство как какую-то вещь, а не живое существо. Теперь я смотрела на его поведение уже с другой стороны, он, видимо, крепился и переживал все молча, погружаясь в свои мысли, но это бы точно ни к чему хорошему не привело. Как-то резко весь гнев сразу сошел на ноль, и скандалить и ругаться мне расхотелось. Да и в этот момент в кухне появилась вся моя компания.

— О, кого я вижу, мышь нашелся! А чё он в таком виде? Его что, опять кто-то пожевал, подавился и выплюнул? – вампир был в своем репертуаре и подошел ближе и наклонился. - Да он пьян!

— Серьезно? – эльф был в эстетическом шоке: мышь и пьяная, к такому он явно был не готов.

— Эх, не видит его сейчас твоя бабка, она бы ему быстро его единственное перо выдрала и прирастила в другое место, менее удобное! – не остался без комментариев и Люсьен.

— А что, такое уже было? – спросила я.

— А ты думаешь, на мыши из кожи и шерсти единственное перо просто так выросло? – спросил Жамин, приподняв бровь и при этом очень коварно улыбаясь.

— А я еще удивлялся, почему ты нас при первом знакомстве всех лес удобрять отправляешь, а это у вас семейное! – из-за спины сказал Алан, видимо, этот забег он будет мне припоминать до конца моих или его дней.

— И что ты теперь с ним будешь делать? – спросил Люсьен, смотря на Шизу.

— Да что с ним делать, надо его в спальню отнести, пусть проспится и потом уже когда придет в норму, провести беседу. Но есть, конечно, вероятность, что у нас тут на лицо мышиный запой на фоне потери любви и смысла жизни. Может у вас есть какие предложения.