Книга Правда без лицензии, страница 203 – Ксения Кирина

— Колдун изначально намеревался показать своих созданий людям из Общества и Кругов. Однако общая реакция оказалась не такой, какую он ожидал. Колдовство, начертание, аксиомантия — как ни назови, люди не хотят связываться с чем-то новым, непонятным и, тем более, «живым». Даже достижения аксиомантии как науки пока не распространены повсеместно. Иннакарту как развитому городу всего полвека, для истории — ничтожный срок.

— За это время произошло очень многое.

— И продолжает происходить. Чертёжник тому пример, — Густав рассеянно коснулся рукава, в котором прятал кинжал. — Вы сделали великолепный ход, ситуайена. Он не сможет обвинить вас в колдовстве, даже если пожелает этого изо всех сил.

— Но с его «детищами» по-прежнему всё неясно.

— Почему же? Всё предельно ясно: свет, бумага, огонь. Помните обещание, стребованное у входа? Какие были выбраны слова?

Бьен кивнула.

— Чтобы это обещание работало по Правде, все присутствующие здесь персоны должны были его дать. Абсолютно все. В том числе хозяева бала, гости, музыканты… и обслуга.

— И сам чертёжник.

— Это означает, что его детища накрепко связаны с ним до двух часов ночи и останутся в пределах отеля, — Густав пожал плечами. — Как ни старайся, а Правда всё равно себя проявит. Нам тоже надо бы проявить любезность и потанцевать с другими партнёрами. Кажется, вон тот ситуайен намеревается пригласить вас…

— Пригласит другую. Я хотела бы отдохнуть.

— Желание дамы — закон. Если не возражаете, я потанцую.

Разумеется, Бьен не возражала. Обязанность любого ситуайена на любых подобных мероприятиях — следить, чтобы у дам были партнёры по танцам.

Только вот Густав пригласил… Коринну дю Патри.

Рыжий и рыжая. Он в чёрном, она в красном. Смотрелись неплохо.

Бьен почувствовала недовольство его выбором и тут разозлилась на себя. «Он заколдовал меня своей Правдой не хуже, чем я — чертёжника», — сердито подумала она и поставила бокал с нетронутым напитком на столик.

Танец начался через несколько минут, разухабистый, в быстром темпе; Бьен уже сбилась, которым он был по счёту. Лис, всё это время успешно избегавший танцплощадки, нырнул за цветы и исчез.

Раздался вскрик, и неподалёку завязалась суета. Веритарчесса видела только, как грузная дама в зелёном обвисла на руках у подхватившего её ситуайена, и вокруг немедленно столпились ближайшие гости. Туда примчался Дессин и принялся что-то втолковывать окружающим — по всей видимости, убедительно, потому что через пару минут даму поручили силуэтам, а те понесли её в дамскую комнату. Жутковатое было зрелище — безвольно обмякшее тело, поддерживаемое снизу чёрными изломанными фигурками; голову даме они не додумались поддерживать, и высокая причёска почти касалась пола, а маска приподнялась, открывая отёчное лицо. В таком положении к голове прилила кровь, и женщина начала приходить в себя: она шевельнулась, когда её выносили из зала.

Бьен сделала несколько шагов к дверям и попала в поле зрения Мелиссы. Ситуайена Ажитэ, поигрывая небольшим веером, начала приближаться, пока Бьен лихорадочно раздумывала, стоит ли общаться с подругой… подругой ли?.. здесь, на публике.

И тут из коридора донёсся истошный визг, перекрывший даже музыку; музыканты, к их чести, не прекратили игру, зато среди танцующих возникла заминка. Дама в зелёном вбежала в зал (вполне самостоятельно) и бросилась в объятия коренастого шатена, тоже наряженного в зелёное.